Клуб отверженных магов стр. 111
в правилах бытового яжмажества принимать мученическую кончину в стиле раннего христианства. Простите, извините!
Да, было дело, в годы революции в том же Питере расстреливали священников любой конфессии без суда и следствия по беззаконным законам военного времени, часто с максимальной жестокостью и садизмом. Это часть нашей истории, какова бы она ни была. Но вот прямо сейчас-то за что?
Обе девушки смеялись как сумасшедшие, хотя, что именно их так веселило, сам чёрт не разберёт. Блендер, не извиняясь, громко ругался матом, а по нам с высоты пятидесяти метров пуляли обломками кирпичей, кусками арматуры, строительным мусором, всякой дрянью, и лишь водительское искусство оборотня, кидающего машину то вправо, то влево, то вперёд-назад, спасало нашу весёлую компанию от незаслуженной гибели.
Да, если что, под ЗАСЛУЖЕННОЙ гибелью я имею в виду исключительно Нюрнбергский процесс. Всё остальное несерьёзно. Хотелось бы, конечно, чтоб и гаргульи так считали, но, видимо, этих крылатых тварей никто не предупредил.
Исторически в русском фольклоре таких перелётных гадин отродясь не было, но, когда начинал строиться город, приглашённые Петром Великим немецкие, голландские, датские и шведские мастера перевезли к нам не только свои таланты, но и часть своей мифологии.
Но ведь мы же её послушно приняли, за что до сих пор и расхлёбываемся. И благодарить тут надо не столько государя, а скорее нас самих. Он ведь только предложил, мы радостно согласились. Он приказал, мы тут же отвесили поклон. Он настоял силой, а мы что, супротив царя-батюшки, государя-императора, помазанника божьего, попрём? Нет-с, нам никак-с нельзя-с…
— Ну вот и результат.
— Ты там с кем разговариваешь-то, яжмаг? — нервно дёрнулся бледный оборотень, невероятным разворотом ставя «шкоду» под чей-то нависающий балкон.
Скорее всего, ни с кем. И даже не сам с собой, подумал я, хотя, возможно, это стоило бы высказать вслух. Но, с другой стороны, кому? Сумасшедшему чижику-пыжику, со скоростью гиперзвуковой ракеты мелькнувшему во сиреневом мраке ночи? Двух гаргулий размело по соседней
крыше, как мусор в совок!
— Фима, респект и уважуха, — тихо, как бы себе под нос пробормотал я.
Ещё одна гаргулья получила тяжёлый удар под дых, потом её товарке с размаху выбили почти все зубы, после чего оставшиеся крылатые дети Нотр-Дам де Пари отважно сыпанули во все стороны, спасаясь безудержным бегством.
Кто-то удивлён? Вряд ли, но я поясню.
Бронзовая фигурка чижика-пыжика из популярнейшей народной песенки весит сама по себе около килограмма или чуть больше. А теперь вспоминаем школьную программу по физике: простенькая формула силы равна массе, умноженной на скорость, всё. Так вот вес реального чижа в природе, увеличенный до килограмма и более, с размаху в челюсть…
Ой, мама-а, ой…
Неудивительно, что гаргульи отвалили. Эти горбоносые мерзавки горазды нападать на людей, предпочтительно детишек и стариков, чтоб выглядели как можно беззащитнее и не смели даже думать о сопротивлении атаке с неба.
— Прибыли.
— Мы?
— Вы, я на это безумие не подписывался.
— Разумеется, — согласился я, благодарно пожимая его руку. — Если вдруг… ну, кто знает, какой левой египетской силой ты… опять-таки вдруг встретишь наше знакомое привидение… не откажи в просьбе передать ему, что мы здесь.
— Он тебе не поможет. — Блендер честно посмотрел мне в глаза.
Я лишь улыбнулся в ответ. Если старина Гэндальф узнает, что мы