Клубника со сливками стр. 56
его руки, вскочила с дивана. Фотография Оленьки упала на пол.
– Это все какой-то бред! Фарс! Кошмар! – закричала она. – Я же точно знаю, что никогда не лежала в роддоме! Я не могу рожать, Гарик!!!
– Но, согласись, эта женщина не тянет на аферистку! Зачем ей врать!
– Может быть, она что-то перепутала?! Двенадцать лет прошло с тех пор, как ее сестра лежала в каком-то роддоме!
– Но она назвала твое точное имя, отчество и фамилию!
– Я не знаю, почему она пришла сюда! Может быть, совпадение имен!
– Твое имя сейчас очень редко встречается, – мягко сказал Гарик. – Мне всегда нравилось, что ты Римма, а не Татьяна, Ольга или Анастасия, которых нынче пруд пруди.
– И все равно у меня нет никакой дочери! Ну ты подумай, Гарик, разве я могла бы оставить ребенка, да еще если врач говорит, что у меня больше детей не будет?!
Римма выкрикивала фразы так громко, что могла запросто сорвать голос. Гарик отвечал намеренно спокойно, будто разговаривал с тяжелобольной, что еще больше бесило ее.
– Ты же была тогда совсем юная, – сказал он. – Не понимала еще, что такое ребенок и что такое приговор – детей больше не будет.
Римма истерично расхохоталась:
– Надо же, до какой степени вы с Раисой все про меня знаете! Может, вы сговорились, а? Слушай, Гарик! А может, ты ее специально всему научил и сюда притащил комедию разыгрывать?!
– Зачем?
– Ну… чтобы у тебя наконец появилась долгожданная дочка!!!
– Ерунда! Я уже свыкся с мыслью, что детей у нас не будет, а эта Раиса… Словом, она разбередила мне душу, хоть кричи… – Он поднял с пола снимок, еще раз внимательно вгляделся в лицо девочки и сказал: – Она действительно похожа на тебя. Посмотри.
– Не буду! Не хочу! Мне не нужен чужой ребенок, понял? А если тебе это не нравится, убирайся! Мы с тобой в разводе, и нечего было разыгрывать перед этой теткой счастливую семейную пару!
Гарик бросил на диван фотографию, сгреб упирающуюся Римму в охапку и заговорил горячо и страстно:
– Я никуда не уберусь, потому что люблю тебя! И не могу понять, почему ты ничего не хочешь мне рассказать! Ведь ты же не станешь утверждать, что досталась мне девочкой! Я же ничего никогда ни о чем не спрашивал!
Римма змеей вывернулась из его объятий и закричала, захлебываясь злыми слезами:
– Нет, вы посмотрите на него! Он ничего не спрашивал! Да у тебя и прав таких нет – спрашивать! Сами творите до свадьбы, да и вообще всегда, что хотите и с кем хотите, а спрашивают почему-то только с женщин! Да пошли вы все! Убирайся, Игорь! Ничего у нас не выйдет, понял?
– Да-а-а… – протянул он. – Если ты назвала меня Игорем, значит, это серьезно… Знаешь, кроме тебя и приятеля Павлухи, я никому не позволяю называть себя Гариком. Оно, это имя, только для самых главных людей в моей жизни…
– Мне плевать!
– Ладно, Римма, я сейчас уйду, чтобы ты успокоилась… Но все равно вернусь завтра… или лучше послезавтра… к приходу Раисы.
– Я не впущу ее в дом!
– Поговорим после… – устало произнес Гарик, надел куртку и действительно ушел.
Римма как сказала, так и сделала, то есть дверь Раисе не открыла. И вообще