Князь Святослав стр. 37
и пенились, и княжич осторожно высовывал губы в эту пену и переводил дух. Но сил уже не хватало, когда он, как в тумане, вдруг увидел протянутую сквозь камни руку. Схватился за нее, и его сразу же вытащили из речной пучины.
Когда он пришел в себя и увидел склонившееся над ним лицо, с ужасом понял, что попал в плен к степнякам, и опять провалился в полубессознательное состояние.
Ему дали что-то понюхать, и он чихнул, вытолкнув остатки воды. Сел.
– Ты – отважный молодец, – по-славянски сказал тот, кого он принял за степняка. – Кто будешь?
– Княжич радимичей Бориська. Князь Святослав продал меня в рабство.
– Я – Руслан. Приемный сын великого воеводы Свенельда. Я поклялся убить князя Святослава.
– А я – Куря, – сказал второй. – После гибели отца вожу его орду. Мой отец был побратимом великого воеводы, а потому я – с вами, молодцы.
– Три мстителя – это уже дружина, княжич Бориська!
– Я слышал, что князь Святослав хочет вести рать на хазар. А сплавиться – по Волге.
– Против течения ему не вернуться, Волга – река великая, – сказал Куря. – Значит, возвращаться будет здесь.
– Где мы его и встретим! – торжественно, как клятву, сказал Руслан.
4Новгородский посадник приехал в Киев вместе со своим племянником Радыпей, отроком четырнадцати лет, как раз в это время. Так утверждает летопись, но если бы история развивалась так, как она записана в летописях, люди жили бы в совершенно иных условиях, нежели сейчас. Писаная история учитывает факты, игнорируя страсти человеческие. А ведь миром, в конечном итоге, правят именно страсти.
Да, посадник приехал в Киев. Только великая княгиня Ольга его не приняла. Не приняла, потому что рыдала, не в силах с собою справиться.
– Мы потеряли
сына, Свенди. Мы навсегда потеряли сына!..
– Успокойся, моя королева. Он вернется. Он вспыльчив, но отходчив, ты это знаешь лучше меня. Сын готовится к походу на хазар…
– Он не пойдет в этот поход! Я не желаю терять единственного сына. Не желаю!..
– Единственного?.. – Свенельд широкими шагами заходил по покоям. – Да, да, это правильно. Я постараюсь отговорить его. Как только вернусь из поездки.
– Ты оставляешь меня, Свенди?
– Приведи себя в порядок, моя королева, и непременно прими новгородского посадника. Я вернусь через десять дней.
И вышел.
Ольга тут же сообщила, чтобы высокого посадника из Господина Великого Новгорода проводили в тронный зал, и пошла приводить себя в порядок. Она любила и слушалась своего Свенди, несмотря на то, что византийский патриарх потребовал сместить его с поста соправителя. Оба понимали, что внутри Великого Киевского княжения от этого требования ровно ничего не изменится.
Великая княгиня приняла новгородского посадника со всею честью, угостила знатным пиром и даже несколько успокоилась, занимаясь привычными делами. Рядом был молчаливый верный Неслых, и она провела застолье для гостей с подъемом и как-то даже радостно, что ли.
Через десять дней, как и обещал, вернулся Свенельд. Вошел в ее покои, плотно прикрыл двери, крикнул Неслыху, чтобы он никого к дверям не подпускал, сел в кресло и широко улыбнулся.
– За потайной дверью тебя ждет неожиданный подарок, моя королева.
– Подарок?.. – неуверенно улыбнулась великая княгиня. – Ты ездил за подарком?
– Подарок из Новгорода, – со значением сказал воевода.
Сердце Ольги вдруг зачастило, забилось, заныло давно забытой сладкой болью.
– Где он? – требовательно и нетерпеливо спросила она. – Где он, Свенди? Я же чувствую… Нет, я знаю, знаю, что это – он!.. Почему ты не привел его?
– Чтобы еще раз напомнить тебе, что означает его появление для Великого Киевского княжения, моя королева. У нас уже был разговор об этом, и я просто хотел напомнить… Он – твой гридень, не более того. Огромных ушей и вонючих языков в нашем окружении не счесть.
– Но…
– Нет. Никогда, ни при каких обстоятельствах ты не имеешь права на материнскую ласку. Никогда в жизни ты не скажешь ему о его происхождении. Никогда не скажешь, что у него есть старший брат.
– Но…
– Правильно. – Свенельд улыбнулся. – При этих условиях он всегда будет рядом с тобой.
Великая княгиня вздохнула, покорно покачав головой. Потом спросила:
– Чему его учили?
– Он умеет читать по-гречески, знает язык ромеев, христианин, наречен Глебом.
– Я сделаю его переводчиком!
– Тогда лучше – с печенежского языка, – улыбнулся воевода. – Его отец угодил в плен к печенегам, умудрился бежать, почему и принял христианство. Так он мне объяснил.