Книга для родителей стр. 94
отец, так он всегда говорит правильно? По-ихнему, так мы всегда виноваты. А о себе, так они ничего не говорят, а только о нас. Мой тоже, как заведет: ты должен знать, ты должен понимать.
Александр слушал Володьку с тяжелым чувством. Он не мог предать отца, а Володька требовал предательства. Но и за Володькой стояла какая-то несомненная честь, изменить которой тоже было невозможно. Нужен был компромисс, и Александр не мог найти для него приличной формы. Кое в чем должен уступить Володька. И почему ему не уступить? И так зарвались.
– А, по-твоему, мой отец все говорил неправильно?
– Неправильно.
– А может быть, и правильно?
– Что ж там правильного?
– Другой, так он иначе бы сказал. Он сказал бы: как ты смеешь! Стыдись, как тебе не стыдно! И все такое.
– Ну?
– Он же так не говорил?
– Ну?
– Тебе хорошо нукать, а если бы ты сам послушал.
– Ну, хорошо, послушал бы. Ну, все равно, говори. Только ты думаешь, что всегда так говорят: «как тебе не стыдно» да «как тебе не стыдно»? Они, брат, тоже умеют прикидываться. – А чего прикидываться? Он разве прикидывался?
– Ну, конечно, а ты и обрадовался: секреты, секреты, у всех секреты!
– И не так совсем.
– А как?
– Совсем иначе.
– Ну, как?
– Он говорит, ты понимаешь: в жизни есть такое, тайное и секретное. И говорит: все люди знают, и мужчины, и женщины, и ничего в этом нет поганого, а только секретное. Люди знают. Мало ли чего? Знают, значит, а в глаза с этим не лезут. Это, говорит, культура. А вы, говорит, молокососы, узнали, а у вас язык, как у коровы хвост. И еще сказал… такое…
– Ну?
– Он сказал: язык человеку нужен для дела, а вы языком мух отгоняете.
– Так и сказал?
– Так и сказал.
– Это он умно сказал.
– А ты думаешь.
– А только это просто слово такое. А почему Пушкин написал?
– О! Он и про Пушкина говорил. Только я забыл, как он так говорил?
– Совсем забыл?
– Нет, не совсем, а только. тогда было понятно, а вот слова какие. видишь.
– Ну?
– Он говорит: Пушкин великий поэт.
– Подумаешь, новость!
– Да нет. постой, не в том дело, что великий, а в том, что нужно понимать.
– Что же там непонятного?
– Ну да, только не в том дело. Он так и говорит. ага, вспомнил: совершенно верно, совершенно верно, так и сказал: совершенно верно!
– Да брось ты, «совершенно верно»!
– А он так сказал: совершенно верно, в этих словах сказано об этом самом… вот об этом же… ну, понимаешь…
– Ну, понимаю, а дальше?
– А
дальше так: Пушкин сказал стихами. и такими, прямо замечательными стихами, и потом. это. еще одно такое слово, ага: нежными стихами! Нежными стихами. И говорит: это и есть красота!
– Красота?!
– Да, а вы, говорит, ничего не понимаете в красоте, а все хотите переделать на другое.
– И ничего подобного! А кто хотел переделать?
– Ну, так он так говорит: вам хочется переделать. на разговор, нет, на язык пьяного хулигана. Вам, говорит, не нужно Пушкина, а вам нужно надписи на заборах.
Володька стоял прямо, слушал внимательно и начинал кривить губу. Но глаза опустил, как будто в раздумье.
– И все?
– И все. Он еще про тебя