Книга теней. Роман-бумеранг стр. 73
с огорчительностью даже исправился Станислав Леопольдович.
- Вы прощены. Так вот, я видела Вас во сне и очень хорошо запомнила. Не стану скрывать, во сне Вы произвели на меня удивительное впечатление.
- А наяву?
- И наяву, - просто сказала Эмма Ивановна Франк. Вот те раз! Кажется, начинался роман.
- Я должна рассказать Вам о себе. И о Вас, как это ни неожиданно. Выслушайте меня по возможности молча.
- Я весь внимание.
- Спасибо. Меня зовут Эмма Ивановна Франк. Эмма Ивановна Франк. ("Я уже никогда не забуду этого имени!" - с тоской подумал Станислав Леопольдович). Я живу здесь… неподалеку. Я певица, я пела… пою. Через час, например, я буду петь. Я пою в одном вокально-инструментальном ансамбле, он называется "Счастливый случай" - прекрасно, правда? Там милые мальчики и девочки, они разрешают мне спеть два-три романса за вечер… тут, в одном ресторане. И, знаете ли… у меня есть публика, на меня идут, я пользуюсь некоторым успехом, да… Но кроме этих мальчиков и девочек - я не говорю, конечно, о поклонниках, что - поклонники!.. - так вот, кроме мальчиков и девочек этих, у меня никого нет: одна я. Прежде я жила с подругой. Она умерла год назад… видите ли, рак. Теперь я совсем одинока. Мужа у меня не было никогда - по моей вине, разумеется. Знаете, почему? Потому что давно… в юности, а впрочем, не так уж и давно, я придумала себе образ - не смейтесь, умоляю Вас!..
- Ни в коем случае, - умирая от смеха, заверил Станислав Леопольдович.
- Образ… человека, которому я могла бы подарить свое сердце. Я никогда не встречала этого человека, но терпеливо ждала. Я ждала всю жизнь. Это Вы. Вы… удивлены?
- Ничуть, - сделался вдруг серьезным Станислав Леопольдович. - Потому что так оно и бывает.
- Так и есть! - усугубила Эмма Ивановна Франк. - Сначала я увидела Вас во сне и считаю своим долгом рассказать Вам, да… Там, во сне, Вы произносили речь, об эволюции человека, да… И я весь день пыталась вспомнить, однако тщетно. Зато вспоминаю другие какие-то подробности сна; там была долгая жизнь - у меня и у Вас, общая. Потом я что-то сделала - и этого не стало, то есть жизни не стало общей, да… Но после, после, а сначала она была - и забавные из нее вспоминаются вещи: все кисет вышивала.
Эмма Ивановна Франк как бы опомнилась на минутку, чтобы остановиться, может быть, - не говорить чтобы дальше.
- Пожалуйста, прошу Вас… кисет - и как же это было? - Станислав Леопольдович
смотрел пристально.
- Ах, да я не помню как… я ведь не умею вышивать в жизни, только во сне умею. Вышивала, значит, кисет… Долго и старательно, но Вы смеялись: зачем, дескать! Вы и вообще все время надо мной смеялись, пока мы жили вместе. Но в конце концов я закончила с кисетом - и он Вам даже понравился.
- Это было, - серьезно сказал Станислав Леопольдович. - Я знаю.
- Откуда Вы можете знать?
- Знаю - и все тут.
- Ах, ну да… - Эмма Ивановна смутилась. - Вы добрый… Я вот никак не решусь спросить - жена есть у Вас? Дети?
- Нет. У меня