Код Изгнания стр. 79
тяжёлого удара с небес. Затем грохнул ещё один удар, и ещё. Я быстро подошёл к консолям, размашистым жестом вывел на проектор свежие данные сканеров и с досадой цокнул языком. Большая часть орбитальной спутниковой сети уже была выведена из строя, а системное уничтожение наземных ретрансляторов продолжалось прямо сейчас.
Второй флот Империи возобновил калиброванную бомбардировку с низких орбит, полностью проигнорировав моё ультимативное обращение. По всей видимости, адмирал или командующий операцией решил воспользоваться неразберихой, списать всё на «сопутствующий ущерб» и разом прикончить и меня, и принцессу. В то, что каратели так быстро получили официальный ответ от Совета или Императора с далёкой Терра-Новы, верилось с трудом. Плохо. Очень плохо. Если я срочно не придумаю, как переломить ход событий, Харрг и синдикаты наёмников просто не успеют дойти до системы.
— Милорд, они возобновили артобстрел. Что будем делать? — напряжённо спросил Рен, оказавшись у меня за спиной.
Я бросил на него короткий взгляд, а затем перевёл взор на принцессу. Девушка смиренно сидела на диване, неподвижно уставившись в одну точку, но я примерно представлял, какой хаос сейчас творится в её голове. Я и сам когда-то прошёл через осознание собственной ненужности великим Домам.
Вернув взгляд к голографическим проекциям, я начал нервно смахивать тактические схемы одну за другой. Придумать, мне нужно срочно что-то придумать! Только что? Снова пригрозить смертью принцессы? Нет, не вариант. Если командующий на орбите решил выжечь сектор, то даже демонстративная казнь заложницы прямо в прямом эфире уже ничего не изменит — имперцы просто скажут, что её убили мятежники. Наземные силы? Тяжёлые мехи шахтёрской сборки? Нет, выставлять их против орбитальных крейсеров — глупость, они даже не дотянутся до врага.
Картинки, трёхмерные схемы, параметры энергощитов и графики высот сменяли друг друга на экранах. Но в голову ничего не приходило. Я судорожно вглядывался в синие строки данных, но никак не мог зацепиться хоть за какую-то лазейку.
В какой-то момент я замер. Быстрым жестом отмотал несколько схем назад и впился взглядом в открывшуюся голограмму.
На проекции проявилось схематичное расположение тяжелокалиберных противокосмических орудий. Империя возвела этот скрытый рубеж обороны ещё при закладке первых городов-куполов — исключительно на случай внешнего вторжения. О существовании этих законсервированных батарей наверняка знал прошлый губернатор, но его прикончили в самом начале бунта, до того как он успел добраться до командных консолей. Рен о них не обмолвился ни словом. Знал, но предпочёл утаить?
Я развернулся к вассалу и хмуро спросил:
— Знаешь что-нибудь об этом?
Очередной раскатистый гул заставил пол уйти из-под ног. Мне пришлось расставить ноги шире, удерживая равновесие, и смахнуть со сгиба локтя пыль, посыпавшуюся с потолочных плит.
— Нет, милорд, — Рен отрицательно покачал головой. — Но даже если бы знал… Там наверняка стоят протоколы высшего имперского допуска. Простым взломом такую систему в боевой режим не перевести.
— Сделаем это через нейроинтерфейс, — проговорил я, снова концентрируя внимание на проекции.
Шрам от биоклейма на шее едва заметно заколол, словно реагируя на мысль о прямой нейросинхронизации. Командный пункт батарей находился не в самом бункере, а в трёх километрах от границы купола. Расстояние небольшое, но вполне достаточное, чтобы замаскированный узел выжил при прямом попадании по городу. Придётся