Библиотека

Когда исчезнет эхо стр. 102

Размер шрифта
-
+
Тема

Она продолжала рассказывать: о том, как поняла, что в соседнем доме кто-то прячется, но не знала, что это Олег; о том, как вычислила, что у Василия Васильевича кто-то гостит; о том, как нашла информацию о пропаже золота на прииске; о том, как догадалась, кто убил мальчика Митьку и что именно спрятали у нее в доме; о найденном трупе; о собственных расспросах; о показаниях (она так и сказала: «показания») Ольги Прокопьевны и Анны Петровны.

— Слушай, боевая у тебя женушка! — Василий Васильевич подмигнул Олегу. — Ей бы в полицию идти работать, хороший бы опер получился. Информацию собирает влет, анализом владеет…

— С синтезом у нее не очень, — прокомментировал Олег, вздохнув. — Факты собирает хорошо, а вот выводы делает в корне неверные. А так — да, молодец, конечно.

Юлька набрала в грудь воздуха, чтобы дать достойный ответ, но Василий Васильевич протянул руку, ткнул ее пальцем в бок, и она с шумом выпустила воздух, как резиновая игрушка с дырочкой.

— Итак, дневник пропал, и это любопытно, — проговорил Василий Васильевич задумчиво. — Более того, это непонятно.

— По-моему, в этом деле все непонятно, — жалобно возразила Юлька.

— Да нет, не все… — Василий Васильевич пожевал губами и крепко растер свою красную от солнца лысину, обрамленную редкими пушистыми волосами. — Есть то, что очень даже понятно. К примеру, то, что тридцать лет деревня жила тихо и спокойно. Убийцы Митьки чувствовали себя в безопасности, хотя это мой косяк, не спорю. Ничего я тогда не заподозрил неладного, хотя и надо было. А вот этим летом отчего-то началось бурление дерьма. И Кириллыч задергался так сильно, что дом продал, и Петровича убили, и по дому твоему, красавица, кто-то лазил. А началось с чего?

— С чего? — так же жалобно спросила Юлька.

— Да с того, что пришлые тут появились. Чужаки. Новенькие. А это у нас кто?

— Кто?

— Ну знамо дело, ты, хотя к тебе у меня из-за Олега вопросов нету. Ты девка своя, у тебя дурного умысла нету, ты в это дело как кура в ощип попала. А кроме тебя? А кроме тебя — итальянки эти две, красоты небесной, которым нечего тут делать от слова «совсем». И парень этот подозрительный, который у Прокопьевны живет. Вот от кого-то из них все проблемы.

— Список-то небольшой, — спокойно заметил Олег.

— Да то-то и оно, — согласился Василий Васильевич, — с ним мы в два счета, одной левой, как говорится.

— Слушай, Василич, уж коли мы тут задачки решаем, как семечки лузгаем, так ответь мне вот на какой вопрос, — безмятежно вступил Олег. Так безмятежно, что Юлька, хорошо знающая своего мужа, напряглась. Василий Васильевич, впрочем, ничего не заподозрил, потому что знал майора Асмолова куда хуже.

— Ну, — добродушно сказал он, — какой-такой вопрос у тебя ко мне?

— Да простой, вот только покоя он мне не дает никак, — сокрушенно покачал головой Олег. — А ты, старый, в этом деле тридцатилетней давности что именно скрываешь?

Теперь воздух как будто выпустили из Василия Васильевича.

— О чем ты? — фальшивым голосом спросил он и откашлялся.

— Василич, я же все-таки опер. И, осмелюсь заметить, на хорошем счету. Ты сам меня учил. Что-то ты темнишь, причем не о последних событиях, а именно о тех, давних. Про убийство соседа этого вашего

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.