Когда улыбаются звезды стр. 51
все это делать.
— Давно ты не заходила, — заметила Антонина Петровна, усаживаясь напротив нее — возле окошка.
— Миша не приглашает, — неожиданно для себя призналась она и сразу же пожалела. Антонине Петровне стало неловко за внука, старушка опустила глаза.
— Разве поймешь этих мальчишек.
Саша с этим была согласна, мальчишек не всегда легко понять, но Мишу-то она отлично понимала. Он выбрал не ее, а Машу, и выбрал правильно.
Они молча пили чай, с Антониной Петровной хорошо было молчать, это совсем не тяготило, не заставляло нервно выискивать тему для разговора — таких исключительных людей нечасто встретишь. Когда в дверь раздался звонок, она вздрогнула.
— Вот и Мишенька, — обрадованно вскочила старушка.
Саша прислушивалась к голосам из коридора и в страхе ждала, когда Миша войдет в кухню. Она не находила слов, чтобы все ему рассказать, в горле пересохло.
— О, Машка пришла, привет! — воскликнул из прихожей Миша. — Я уже забеспокоился, звонил, у тебя никто трубку не брал!
Она повернула голову и увидела, как с его лица сползла улыбка.
— А-а, это ты, — совсем безрадостно протянул Миша.
В его голосе она услышала столько разочарования, что к глазам вновь подступили слезы. Они не общались с того дня, когда собирались рисовать стенгазету, которую он впоследствии представил как их общую, а она гордо
сказала учительнице, что не принимала в работе ни малейшего участия. Миша получил свою законную пятерку, и ему поставили отлично в четверти, а ей вывели четверку. Сейчас это казалось полнейшей ерундой, а тогда она бросила ему в лицо какие-то злые слова, сердилась, ненавидела.
Он прошел с ней в комнату и прикрыл дверь.
— Зачем пришла? — его лицо выражало безразличие. — Ну, не томи! — поторопил Миша.
— Машу сбила машина, — на одном дыхании произнесла она.
Он моргнул, долго молчал, а потом тихо спросил:
— Насмерть?
В одном этом слове она почувствовала всю силу его любви к сестре.
Саша шагнула к нему и крепко обняла.
— Нет, что ты, она в больнице, она обязательно выживет… Папа обещал мне.
Он отстранился.
— Что с ней?
— Не знаю… меня к ней не пускают.
Миша нахмурился, а потом раздраженно воскликнул:
— А чего ты плачешь, если с ней все будет хорошо?!
Саша смахнула слезы и попыталась обогнуть его, чтобы уйти, но он поймал ее за руку и силой усадил на диван.
— Когда это случилось? Она была одна?
— Два дня назад, — Саша всхлипнула, — она была со мной.
— Куда ты смотрела! — обрушился на нее Миша.
— Я не смотрела, — убито призналась она, закрывая лицо руками, — я злилась, думала о себе, отчитывала ее… как всегда, ты ведь знаешь.
— Знаю, — неприязненно буркнул Миша. — За что ты ее так ненавидишь?! Я в жизни не встречал человека лучше, чем твоя сестра! Она добрая, милая, ласковая… красивая, самая необыкновенная! — Он поднялся. — Давно хотел тебе сказать! Тебе так повезло, а ты не оценила, будь у меня такая сестра, я никому бы не дал ее в обиду… — Миша махнул рукой. — Что я с тобой говорю, все равно не поймешь! Ты не знаешь, что такое одиночество, вздорная и завистливая… отравила всю жизнь сестре!
— Спасибо, — она подняла на него мокрые от слез глаза, — спасибо, что так любишь Машу.
Он горько усмехнулся.
— Это не сложно, поверь…