Библиотека

Когда вырастают дети стр. 105

Размер шрифта
-
+
Тема

прекратила двойной кайф сына от поглощения духовной и физической пищи. Он еле успел запихнуть тарелку под диван – забыл, что в воскресенье у парикмахеров укороченный рабочий день.

– Хорошо отрепетировали, Сашхен? Борода как держалась?

– Как родная.

Утром пришлось соврать про генеральную репетицию «Онегина». Смастерить бородку и усы взялась тетя Леночка, и получилось супер – все натуральное, на тончайшей клеевой основе. Правда, кожу до сих пор саднило, хотя Санька смазал лицо кремом.

– Свинья, – прошипела мамик, выкатив ногой тарелку из-под дивана. Унюхала-таки запах сарделек сквозь еловый аромат, и Санькин затылок привычно ощутил крепость карающей родительской руки.

– Дмитриевский, ты сантехнику звонил? – переключилась мамик на отца. – Четыре дня до Нового года осталось, а кран не поменянный!

– Твой Петров обещал прийти сегодня, – откликнулся отец из «Парнаса».

– С чего это мой-то? Василисин бывший мужик. Поговори с ним еще, язык не отсохнет, и деньги ему не лишние перед праздником!

Повесив шубку на плечики в шкаф, мамик вздохнула:

– Никакого от вас проку, книжные червяки.

– Не вписываемся в интерьер, – посочувствовал Санька.

Долго ждать звонка в дверь не пришлось. Пока отец встречал Петрова, мамик торопливо открыла створку книжного шкафа и достала первый том «Американской трагедии» Драйзера (цвет персик). Санька знал, что в книге хранится денежная заначка на внезапные случаи жизни. Золотистый халат мамика подрагивал и переливался – отсчитывала сотняжки, и вдруг замерла: из прихожей донесся совсем не сантехниковский голос.

Отец тоже полагал, что явился Петров, открыл, не спрашивая, и стоял теперь обалдевший. Из темного проема зрелищем из мультика вырисовалось чудо, при виде которого слегка оторопел и Санька. Чудо косило под куклу Братц – с фабричными, поверх собственных, ресницами, превышающими приличные размеры губами и копной старательно начесанных волос. В одной руке мультяшная героиня держала дорожную сумку, в другой – кожаную бандану. Выдув пузырь жвачки, гостья переступила порог и помахала банданой:

– Привет, пипл!

– Кто это? – шепотом осведомилась у Саньки мамик.

– Понятия не имею.

– Не ври! Не к Дмитриевскому же. Он давно в куклы не играет.

Мамик ошиблась. Братц именно к отцу обратила глаза с густонаращенными ресницами:

– Леонид Григорьевич?

– Да. А вы, собственно…

– Я, собственно, Мария Леонидовна. В миру Маша.

– Очень приятно, но…

Он не договорил. Опустив сумку на пол, живая кукла Маша с пронзительным визгом бросилась ему на шею:

– Здравствуй, папа!!!

Чувства, отразившиеся на лицах родителей (людей, напомним, полярных), Санька обозначил бы так:

Отец:…………………!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Мамик:!!!!!!!!!!!!!!!!!!!………………………..

В конце многоточечной паузы дочь своего отца сняла меховую куртку с капюшоном, затолкала ее в шкаф и заявила:

– Я к тебе, папа, насовсем приехала. Ну, показывай, как живешь!

Отец в страшной растерянности потер щеку, пунцовую не только от щедрой помады дочернего поцелуя.

– Извините, я впервые вас вижу… я не понимаю, с чего вы взяли, что я…

Не разувшись, в остроносых «казачках» выше колен, девица легко, проскользнула мимо остолбеневшей мамика в гостиную и, нога на ногу, уселась на край журнального стола.

– Ох, папа, я так и думала, что мама ничего тебе не написала.

…и это вынырнувшее из волн человеческого моря чудо, она же Мария Леонидовна, родная по отцу сестра Саньки, рассказала ошарашенному отцу и остальному «пиплу» нехитрый синопсис неизвестного мыльного сериала «Просто Маша».

В туманной глуби своей

тридцатипятилетней холостяцкой

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.