Когда завидуют мертвым стр. 210
снова открыл глаза и оторопел. Возле лунохода стоял Людоед и о чем-то разговаривал с Нордикой, сидящей верхом на люпусе. Рядом находился Варяг, который беседовал с… С великаном из метро. Яхонтов что-то говорил, а этот монстр только кивал заключенной в дыхательную маску и капюшон головой и шипел, бряцая своим пулеметом. В стороне живой Андрей Макаров обнимал свою живую дочку Ульяну, а та улыбалась и плакала. А возле открытого шлюза ворковали Вячеслав и Рана…
– Как это… – пробормотал Васнецов. – Как это? Вы разыграли меня все? Вы все сговорились? Суки-твари-мрази-падлы!!! Ненавижу!!! – заорал он.
Рана обернулась и бросила на него презрительный взгляд. Затем вернулась к общению со Сквернословом.
– Убью гнида! – он вскочил и кинулся на Вячеслава, но тут же упал.
– Коля, – ты что творишь?! – Людоед схватил его и стал растирать по лицу Николая снег. – А ну угомонись.
– Вы все меня как лоха развели, скоты! Я вас всех ненавижу! Убью!
– Убьешь, только завтра. А сейчас угомонись и в себя приди!
– Да пошел ты! Пошел ты! – он даже не обращал внимания на то, что все эти призраки в виде Раны, Пчелки, Андрея, Нордики и оборотня исчезли. И сквернослов скрылся уже в луноходе. Николай был одержим, а все остальное было не важно.
– Что за хрень с ним такая! – воскликнул подбежавший Варяг.
– А что, непонятно? Парня посетила синяя белка. Пить ему нельзя совершенно.
– А я что говорил?!
– Допились, бараны? – послышался голос Юрия.
Из шлюза снова показался Сквернослов. Это было странным, но в его руках плясали языки пламени.
– Записная книжка горит! – закричал он и кинул горящий блокнот на снег.
– Сволочи! – кричал Николай и, закидав огонь снегом, схватил записную книжку и прижал ее к себе. – Ты! Ты Людоед! Ты специально ее на огонь положил! Ты сжечь ее хотел!
– Да ты умом совсем тронулся, блаженный.
– А вот идите вы все к такой-то матери! – Васнецов вскочил и бросился бежать, по пояс проваливаясь в снег.
– Куда! Стой дурак! – вдогонку ему кричал Яхонтов.
Не видя ничего вокруг и перед собой, он бежал, казалось целую вечность. Пока что-то гулко не громыхнуло под утопающими в снегу ногами, и он поскользнулся на каком-то металлическом листе. Упав в снег, он машинально стал щупать рукой, в надежде понять, что это такое. Когда до его сознания стала пробиваться мысль, что это погребенный под снегом автомобиль, Николай окончательно провалился в пьяное небытие…
* *– …весело погудели, – раздался голос Людоеда.
– Зато сейчас как хреново, – простонал Сквернослов.
– Ну, братец. Два раза хорошо не бывает.
Николай приоткрыл глаза. Он лежал внутри Лунохода, все еще прижимая к себе обгоревшую записную книжку. В смотровые щели уже пробивался дневной свет. Варяга не было видно. Хотя нет. Вот он, лезет в шлюз.
– Ну, что Яхонтов? – Людоед взглянул на него.
– Так и есть. Там джип под снегом. Сейчас погреюсь, возьму лопаты и опять с Юрой пойдем. Попробуем откопать. Может что полезное там.
– А следы крови? Я точно видел неподалеку следы крови.
– Как ты вообще мог что-то в темноте разглядеть?
– Ну, сейчас ведь день. – Усмехнулся Крест.
– Но ты заметил их ночью.
– Ну,