Когда завидуют мертвым стр. 296
звериных шкур.
– Дядя Петя, опять спишь на посту? – звонко смеясь, сказала Лера, проходя мимо.
Тот зашевелился, закряхтел и потер глаза.
– Эх, егоза. Ну, постой сама. Чего я там не видел на улице? Метель началась.
– Да ладно, Дядь Петь, не сердись. Я шучу. А то заходи чай налью.
– У меня свой в термосочке. Да и ты, вон, не одна. Ишь ты…
– Ну, что ты болтаешь? – девушка обернулась и укоризненно посмотрела на старика. И на ее бледных и худых щеках проступил румянец.
– Ладно-ладно, ступай, – махнул он рукой, тихо смеясь.
Идти оставалось недолго. Возле очередной двери девушка остановилась.
– Ну, вот и мое жилище, – Она облокотилась локтями о стену, заведя назад руки, – Спасибо что проводил.
– Послушай, Лера, я ведь спросить хотел кое о чем.
Она открыла дверь и вошла в нее.
– Ну, заходи тогда. Поболтаем. – Кивнула она.
Жилищем был железный контейнер с проделанным отверстием для вентиляции и одиноко свисающей лампочкой под низким потолком. Одна широкая кровать и небольшой столик. Деревянный ящик видимо с домашней утварью. Все свободное пространство было заставлено стопками книг и различной разобранной или разбитой аудиоаппаратурой. Коробки с дисками и кассетами. Небольшая тумбочка с электросамоваром на ней и один стул возле койки.
– Где ты все это
берешь? – спросил Васнецов, искренне удивляясь такому обилию кассет, магнитофонов и книг.
– Иногда в поход с амазонками нашими хожу. Ну, если не далеко. В ближайшие поселки. Кое-что из техники починить приносят. Я умею.
– Так ты живешь этим? Ну, торговлей и ремонтом?
– Да нет. Не совсем. Это дополнительный заработок. А так… Я ведь грамоте обучена. Мама, спасибо ей, научила. Ну, я вот иногда всякие статейки для нашей газетки «Вавилонский абзац» стряпаю. Ну и комиксы туда рисую, для неграмотных. Картинки всякие на заказ. Короче не голодаю. И право на электричество имею. А это не каждому дано. Ну и гостиница. Она ведь мамина была. Родителей точнее. Но отца я совсем не помню. Он давно погиб в какой-то стычке. Ну, я дела по гостинице Матвею передала, а сама стабильную долю за это имею. Я тут типа из зажиточных, – она лукаво улыбнулась.
– Понятно, – Николай кивнул.
– Чай хочешь? Из сушеных ягод шиповника. Редкая вещ.
– Нет, спасибо, – он мотнул головой и продолжил осматривать обилие книг. – И ты все это перечитала?
– Нет, – она засмеялась. – Это все я мечтаю прочитать. Так ты о чем меня спросить хотел?
– Ах… Да… Слушай, – он почесал затылок, – Вот ты когда в первый раз меня увидела, ты как-то посмотрела странно…
– Ну да, – она кивнула и снова улыбнулась. На сей раз грустно. – Ну, это так. Всколыхнуло что-то в тебе мои детские воспоминания.
– Детские воспоминания? О чем я тебе мог напомнить? – удивился Васнецов.
– Ты понимаешь, я ведь росла без отца. Мать сильно маялась. Да и болела она. Однажды в Вавилон пришел человек один. Да на постой остановился в гостинице нашей. Это было, лет шесть назад. Или больше. Он не похожий был на других. Не было в нем никакой напыщенности и хвастовства. И хамом он не был. Ну, это вроде как не мужской характер. Такие мужики