Когда завидуют мертвым стр. 84
вас там такие?
– Кроме пси-волков, да. – Сказал Аксай.
– А пси-волки, это что?
– Это волки. Мутанты. Подавляют волю ультразвуковым воем. Большие твари. Безлюдные районы города заселили. В зонах поражения.
– Люпусы?
– Что за люпусы?
– Ну, у нас, на Оке, тоже волки-мутанты имеются. Мы их люпусами зовем.
– Ну, может такие. Может другие. – Аксай пожал плечами.
– А все остальные? Все эти орки, амазонки, терминаторы?
– Это люди. Что-то вроде этого. Понимаешь, каждый с ума по-своему сходит. После ядрены такой хаос был…
– А что такое ядрена?
– Ядерная война. Ну вот. После войны ведь все разом рухнуло. Обмен ударами продолжался всего несколько дней, но рухнуло все, что складывалось столетиями. Общество, экономика, моральные общественные устои. Градация слоев населения. Отношения между отдельными людьми и отдельными группами. Самое страшное воплощение полной свободы, являвшееся апофеозом хаоса и безумия. Сначала всеобщая паника. Истерия. Потом надо было как-то выживать. Люди сколачивать группировки стали. А обычно группы сколачиваются по интересам. По образу мышления. По складу ума и мировоззрения. Так легче взаимодействовать, понимаешь? Ну а рулить стали в основном молодые и сильные. Склонность к сколачиванию групп у молодых обычно сильнее. И пошли эти названия из книг, фильмов и игр, на которых выросли. Кто во что горазд. Кому что больше нравится. И подражают своим рисованным кумирам. Кто-то больше по религиозной линии идеологию строил. Кто-то по политическим взглядам. Сейчас в Москве хозяйничают те, кому на момент начала войны было по восемнадцать, по двадцать лет. Старики там не в почете. Многие считают старшее поколение виновным во всем, что случилось.
– Так вы тоже, подражаете?
– Да нет. У нас образ жизни такой. А потом как-то пошло, что нас сталкерами называть стали. Ну, понравилось. Прижилось. Нас таких много. Вообще, самые нормальные в Москве, это сталкеры.
– А фашисты тоже себя нормальными считают, – усмехнулся Армаген.
– Да ты сам фашист. Каску немецкую напялил и ходишь как этот, – Буркнул Сабзиро.
Армаген похлопал рукавицей по своему шлему:
– Крупская сталь! Круповская точнее…
– Да иди ты. Склад мосфильмоский бомбанул и радуется.
– Пришли. Вон этот танк стоит внизу. – Армаген махнул рукой.
Николай только теперь заметил луноход. Странно, как быстро они дошли. Васнецову казалось, что путь до сталкеров у него занял больше времени и расстояния раз в десять. Однако заботило его другое. Его товарищи спят, ничего не подозревая, рассчитывая на бдительность дозорного Николая. Однако он мало того, что покинул свой пост, но еще и привел к ним четверых вооруженных до зубов людей. Да, настроены они были дружелюбно. Но может они на самом деле пускают пыль в глаза? Дыбецкий и Бражник тоже приветливыми казались. Едой и выпивкой угостить пытались. Но чем это обернулось?
– Мужики, постойте тут, на склоне. Я сейчас. – Попросил Николай.
– Только без глупостей. Мы не простаки, если даже такими кажемся, – предупредил его Сабитов.
– Конечно, – Васнецов кивнул и двинулся к луноходу.
На удары кулаком по водительской двери никто не откликнулся. Тогда Николай как можно сильнее ударил прикладом автомата. Дверь приоткрылась, и оттуда показался ствол пистолета ТТ. Затем сонный голос Юрия Алексеева:
– Коля? Ты что ли?
– Я. Будите всех и пусть оружие приготовят.
– Что случилось?
– Я сталкеров привел.
– Кого-кого?
– Сталкеров. Они вооружены. Будите