Кольцо нибелунгов стр. 102
еще не делает человека великим, и если я вижу опасность, это не означает, что я боюсь ее.
— Как простой кузнец может быть опасен тебе или королю? — спросила она.
Хаген присел рядом с дочерью, чтобы веселившаяся компания его не видела.
— Вчера он был кузнецом, а сегодня стал героем. Но, поскольку я собираюсь контролировать его поступки, мне нужно считаться с тем, что он может стать кем-то еще.
Эльза попыталась понять настроение отца, но тот хорошо умел скрывать свои чувства.
Празднество затянулось до утра, на улице уже начало светать. Гунтер и Зигфрид, охмелевшие, возбужденные вином, сидели друг против друга. Все остальные уже легли спать.
Король устало поднял свой кубок.
— Что ж, думаю, можно отказаться от обещанных мною уроков фехтования.
Зигфрид рассмеялся.
— Дуракам везет. Если бы рядом со мной находился такой воин, как вы, то победить Фафнира было бы намного легче.
Гунтер посерьезнел.
— Может, я и король, но не воин, и могилы моего отца и брата — лучшее тому подтверждение.
Зигфрид отправил в рот кусок холодного мяса.
— Регин сказал бы сейчас, что воин всегда несчастен, поскольку только войны наполняют его жизнь радостью. Поэтому радуйтесь, что ваше счастье состоит в покое.
— А твое счастье, мой дорогой Зигфрид? Я не могу позволить тебе работать кузнецом, а из комнаты в подвале тебе придется переехать в комнату с кроватью и слугами. Я настаиваю на этом: Бургундия чтит своих героев.
Зигфрид отмахнулся.
— Мне не нужны мягкие подушки и пустая праздность. Моя жажда крови утолена, но не жажда справедливости.
Гунтер догадывался, куда клонит Зигфрид, и, хотя король предпочел бы обсуждать это днем и на трезвую голову, он все же не видел причин затягивать с этим разговором.
— Что ж, говори, сын Ксантена. Будучи принцем, я дал тебе обещание. Теперь, став королем, я хочу выполнить его, насколько смогу. Так что давай, не молчи, ведь сегодня мои уши свободны от болтовни советников и просителей.
Зигфрид откинулся на стуле, положив ноги на край стола, и глубоко вздохнул, еще раз обдумывая просьбу. Его мысли были заняты этим все время, пока он тащил свою ношу в Вормс.
Гунтер и Хаген знали, что он наследник Ксантена. Едва ли они могли отказать в руке принцессы спасителю Бургундии. Но молодой воин мечтал о большем. Он хотел сдержать свое слово и посвататься к принцессе героем и королем, тем более что победа над Фафниром дала ему новые возможности.
Настало время объясниться.
— Я прожил жизнь кузнецом и простым человеком, — начал Зигфрид. — Но с тех пор как я узнал, что в моих жилах течет королевская кровь и я — наследный принц Ксантена, моя душа не может успокоиться.
— Я сделаю все, чтобы ты взошел на свой трон, — горячо заверил его Гунтер.
— Так давайте же выступим против Хъялмара! — воскликнул Зигфрид. — Победим его в битве и исполним предначертания судьбы!
Гунтер, сделавший в этот момент глоток красного вина, чуть не поперхнулся. Он взглянул на Зигфрида так, словно тот обезумел во время боя с драконом, и спросил:
— Бургундия должна напасть на Данию и Ксантен?
Зигфрид перегнулся через стол и сказал заговорщическим тоном:
— Ксантен вряд ли будет хранить верность человеку, захватившему престол. К тому же я не хочу кровопролитного