Кольцо нибелунгов стр. 167
Ксантена и Дании — всегда желанные гости при нашем дворе.
Короткий кивок Гунтера сделал это предложение официальным, и Зигфрид, склонив голову, принял его.
— Наши королевства всегда будут связаны дружбой, и если того потребуют дела государства или какое-то торжество, ждите наших кораблей в вашей гавани. Мне даже не нужно спрашивать Кримгильду, ведь я знаю, что это предложение исходит и от нее тоже.
— Вам все же следовало бы спросить вашу жену, — заметила Брюнгильда. — Любая супруга предпочла бы, чтобы муж поинтересовался ее мнением, прежде чем принять какое-либо решение.
Она даже не взглянула на Гунтера, которому были адресованы эти слова, но Зигфрид понял их скрытый смысл и предпочел удалиться, дабы не вызывать своим присутствием дальнейших ссор.
— Пойду посмотрю, не нужна ли Кримгильде моя помощь в сборах, — сказал он и почтительно склонил голову.
Зигфрид вышел из тронного зала, но напряжение, витавшее в воздухе, не исчезло. Делая вид, что он читает документы, принесенные Брюнгильдой, Гунтер тихо пробормотал:
— Как я вижу, ты чувствуешь себя нормально.
Брюнгильда, углубившись в документы, ответила с подчеркнутым равнодушием:
— Ты победил меня, и, кроме воительницы Брюнгильды, тебе теперь принадлежит и женщина Брюнгильда. Я не буду ждать тебя в постели с радостью, но все же соглашусь с тобой спать.
Конечно, это не было идеальным выходом, но Гунтер почувствовал себя намного спокойнее.
— Послушай… — запинаясь, произнес он. — На самом деле я совсем не такой…
Она взглянула на него спокойно, почти дружелюбно.
— Я в этом уверена. Но если ты когда-нибудь еще раз попытаешься причинить мне вред, прольется кровь. Если я не смогу лишить жизни тебя, то умру сама.
После этого, не сказав больше ни слова, королева вернулась к своей работе.
— Такое ощущение, будто я не могу спокойно разговаривать в собственном замке! — выругался Гунтер, ударив кулаком по дереву с такой силой, что посыпалась кора.
Хаген, напротив, был спокоен. Его левая рука, как всегда, лежала на рукояти меча.
— И
поэтому мы должны встречаться здесь как заговорщики? Неужели в своем доме король — нежеланный гость?
Они стояли на небольшом холме к северу от замка, привязав лошадей к веткам деревьев.
— Все дело в Зигфриде, только в Зигфриде, — прорычал Гунтер. — Эта языческая магия возвышает бывшего кузнеца над всеми, и одно-единственное слово из его уст может уничтожить меня в любой момент.
— Вы имеете в виду то, что его рука вела вас на Поле Огня и Льда? — спросил Хаген и, увидев изумленный взгляд Гунтера, добавил: — В мои обязанности входит забота о вашем благополучии…
— Для человека с одним глазом ты видишь больше, чем можно было бы ожидать, — с невольным уважением сказал Гунтер.
— Возможно, я просто внимательнее наблюдал за битвой, чем все остальные, — продолжил Хаген. — Неважно, что совершил Зигфрид. Победа в Исландии — это ваша победа, и слово Зигфрида не будет весить больше, чем слово короля Бургундии. Я в любой момент могу поклясться, что во время поединка не упускал короля Ксантена из поля зрения даже на минуту.
Гунтер положил руку ему на плечо.
— Мой добрый старый Хаген, твоя верность — это единственное, что не зависит ни от времени, ни от ситуации. Но если бы речь шла только о том дне в Исландии, моя забота была