Кольцо нибелунгов стр. 38
отреагировать на его атаку. Юноша отлетел назад, пораженный скоростью своего соперника. Гизельгер рассмеялся. Собравшись с духом, Зигфрид хотел напасть на кронпринца, но тот небрежным движением парировал его удар, и юный кузнец промахнулся.
Гернот хотел было позвать сестру, но решил, что, когда он вернется с Кримгильдой, смотреть уже будет не на что.
Зигфрид снова попытался напасть на противника, однако Гизельгер ловко уклонился от него и ударил кузнеца ногой в зад. Зигфрид упал. Весь двор взорвался от хохота, а Гундомар ухмыльнулся. Это был злорадный смех — но все же смех, который раздался здесь впервые за последние несколько месяцев. Однако старший кузнец и Зигфрид не смеялись.
Зигфрид вскочил, кипя от ярости, посмотрел на оружие в своей руке и отбросил меч в сторону.
— Ты так легко сдаешься? — услышал Гернот насмешливый голос брата. — Судя по всему, ты действительно лучше куешь мечи, чем управляешься с ними.
Да уж, великодушие не относилось к добродетелям старшего сына Гундомара Бургундского.
Словно дикий медведь, Зигфрид бросился на Гизельгера, сжав кулаки. Он обхватил тело кронпринца, прежде чем тот успел поднять свой меч. Они упали на землю, и Гизельгер, на которого навалился Зигфрид, начал задыхаться. Однако, будучи хорошо вышколенным воином, наследник короля быстро приспособился к новому положению. Сначала ему удалось высвободить ногу и сбросить с себя противника, а затем, когда молодой кузнец упал на живот, Гизельгер мгновенно воспользовался преимуществом. Вскочив, он уселся на Зигфрида и, придавив противника коленями, сжал его шею.
Небрежная игривость, с которой Гизельгер начинал этот бой, была позабыта. Сейчас в глазах кронпринца светилась только необузданная воля к победе, поскольку простая тренировка за несколько секунд превратилась в борьбу за статус вождя своих воинов.
Гернот с изумлением наблюдал за тем, как молодой кузнец, казалось, покорился судьбе, однако предчувствовал, что это еще не конец борьбы. И правда, уже в следующее мгновение Зигфрид резко дернулся и перевернулся, как кошка. Гизельгер отлетел в сторону, отпустив шею юноши. В какой-то момент их движения замедлились, и все присутствующие могли подробно рассмотреть противостояние молодого кузнеца и кронпринца. Гизельгер был еще в воздухе, когда Зигфрид перевернулся на спину, выставил два кулака и ударил ими кронпринцу в живот.
Гернот не верил в то, что кровное родство создавало неразрывную связь между людьми, но в это мгновение ему показалось, что он ощутил боль старшего брата. Краем глаза он заметил, как Хаген, положив руку на рукоять своего широкого меча, наклонился к королю и начал шептать ему на ухо. Гундомар прошипел что-то в ответ, очевидно запретив советнику вмешиваться в борьбу.
Спотыкаясь, Гизельгер попытался
занять боевую стойку. Его стошнило, и в рвоте была видна кровь. Зигфрид тоже выглядел достаточно помятым, но его воля к победе оставалась неизменной. Обернувшись, он присел в пыли, и в этот миг его глаза поймали взгляд старшего кузнеца.
Гернот не знал, был ли он единственным, кто заметил знак, поданный Регином своему воспитаннику: сейчас борьбу следует прекратить.
Зигфрид посмотрел на короля и его свиту, а затем на Гизельгера. Все они хотели этой борьбы, хотели увидеть ее исход. Однако Зигфрид опустил руки и положил ладони на землю. По толпе пронесся недовольный гул, а Гизельгер, победно улыбнувшись, поднял кулак к небу. Слуга принес