Кольцо нибелунгов стр. 51
широкими бедрами и розовыми щечками ты ведь не подразумевал ее? — не скрывая иронии, поинтересовалась Кримгильда.
Герноту это замечание смешным не показалось.
— Оставь ее в покое. Эльзе и так нелегко из-за ее происхождения, а душа у девушки хорошая. Похоже, ее постоянно что-то мучает, и иногда я спрашиваю себя, что же это такое.
— Да она ничем не отличается от своего отца, — с презрением произнесла Кримгильда.
Гернот развернул лошадь.
— Все, поехали назад, в замок.
Принцесса удивилась, что ее брат столь резко воспринял ее слова.
На обратном пути они не разговаривали. И Кримгильда, и Гернот погрузились в свои мысли, в которых их преследовали Зигфрид и Эльза.
Это была хорошая кузница. Маленькая, расположенная в каменном помещении в восточном углу двора, она была построена с умением и старанием благодаря руководству Гунтера. Зигфрид и Регин могли здесь успешно работать на благо короля.
Придворные очень быстро привыкли к новым кузнецам, а Регин и Зигфрид приспособились к яркой, но все же приглушенной из-за горя жизни в Бургундии. Ночи они проводили в комнате, которую им выделили в первый день. Пищи у них было достаточно.
Гундомар велел своим солдатам отдать оружие на проверку в кузницу, и, как и опасался Регин, мечи, кинжалы и копья оказались в довольно плачевном состоянии. Шлифовка была
неровной, рукояти — тяжелыми, а лезвия — настолько толстыми, что складывалось впечатление, будто кузнецы из Вормса не хотели работать молотами.
Итак, Зигфрид и Регин начали с исправления оружия, стараясь облагородить его шлифовкой, а иногда и ковкой — в этом случае они заново переплавляли мечи, чтобы дать металлу новый шанс спасти жизнь своему хозяину.
Благодаря этой работе Зигфриду было легче постичь основы кузнечного искусства, которое Регин от него ранее утаивал. Как и раньше, юноша быстро учился, возможно, даже быстрее, поскольку работа наполняла его восторгом. Восхищение перед оружием заставляло его работать вдохновенно, а когда он отдыхал, Регин часто находил его неподалеку от площадки, где тренировались солдаты.
Гизельгер больше никогда не вызывал Зигфрида на бой, а Зигфрид после первой трапезы ни разу не встречал на своем пути Кримгильду. Нельзя сказать, что он не пытался этого сделать. По вечерам юноша часто старался быть поближе к трапезной, и уже не раз стража прогоняла его, когда он слишком долго стоял под балконом принцессы. Когда Кримгильда ехала кататься на лошади, ему удавалось бросить на принцессу лишь пару взглядов. Может, она его избегала? Если так, то девушка, скорее всего, чувствовала опасность для своего сердца. Другого объяснения быть не могло!
Из королевской семьи к Зигфриду иногда заходил Гунтер, расспрашивал его насчет работы и говорил с молодым кузнецом о вере и истории. У них сложились довольно дружеские отношения, но Регину это не нравилось. Решение остаться при дворе Бургундии принимал не он, и ему было нелегко жить с этой мыслью. Он помнил, что оставил Ксантен задолго до рождения Зигфрида, чтобы никогда больше не находиться на службе у короля и не принимать участия в войне и кровопролитиях.
Стоял спокойный вечер, когда трубы со сторожевой башни возвестили о приезде Этцеля. Нельзя сказать, что появление принца вызвало при дворе переполох. Все было приготовлено заранее: кладовые забиты едой, двор подметен, а тронный зал убран. В