Колдун ветра стр. 83
этой сцены.
Ванесса хотела, чтобы ее увидели. Она инсценировала несчастный случай, и это сработало. Теперь один из мужчин разглядывал ее лицо, а другой – руку. Третий же внезапно скрылся в толпе, словно у него появились неотложные дела.
Интересно, какие именно? Вырвать Ванессу и Сафи из рук Адских Алебард? Или же убить императрицу? Сафи не была уверена. Да и времени на раздумья не оставалось. Лив уже прокладывала путь среди телег, Зандер помогал подняться ничуть не сопротивляющейся Ванессе, а Кейден подталкивал Сафи, заставляя двигаться вперед.
* * *Первый же постоялый двор, к которому подошли Адские Алебарды, оказался переполнен. Как и следующий, и еще три других. Похоже, через два дня ожидался важный праздник. Тысячи и тысячи людей съезжались в город, чтобы попасть на арену, где проводилась Бойня Бейл. Так называлось главное зрелище года, и переполненная людьми Сальдоника трещала по швам.
Сафи запомнила эту информацию, чтобы использовать ее в дальнейшем, – точно так же, как она постаралась запомнить, как обустроена территория, принадлежащая Пиратам Баедида, и часто ли местная охрана попадается им на пути. Этим же занимался Зандер. Благодаря своему росту он всегда заранее видел приближение охранников, сразу поднимал руку, и по этому сигналу остальные Адские Алебарды тут же ныряли куда-нибудь в переулок, таща на буксире Ванессу и Сафи.
В шестой по счету гостинице, старой башне, переделанной под жилье, для них нашлось место. Каждый уровень башни отличался от другого – похоже, их строили из всего, что попадалось под руку: камня, бревен, досок. Сафи не представляла, сколько времени собираются здесь провести Адские Алебарды.
Комната, которую они сняли, была небольшой и находилась на четвертом уровне. Потолок был недостаточно высоким, чтобы Зандеру не пришлось нагибаться. Но это не имело значения: как только Сафи и Ванесса оказались внутри, великан ушел.
Две против трех. Шансы улучшились, но все равно оставались неравны. Тем более что пока девушка пыталась избавиться от покрывавшей ее грязи, Ванесса свернулась калачиком в дальнем углу и больше не шевелилась.
Сафи больше всего мучила не усталость в ногах и даже не волдыри, которыми покрылись ее пятки и пальцы. Колено болело, но не слишком. А вот кожа, которую натерли веревки, очень пострадала. С каждым шагом раны становились все больше, и Сафи ощущала каждую царапину, каждую занозу, что оставляли путы на ее теле.
Девушка молча ждала, пока Кейден снимал с ее головы шлем. Наконец ее взору предстала вся комната: односпальная кровать с покрывалом из шерсти и низкий табурет возле нее. Стол и умывальник с краном у противоположной стены. Два окна, без стекол, но с достаточно прочными ставнями. Они были приоткрыты, так что с улицы долетали ветерок и звуки веселья.
Но в комнате не оказалось ничего полезного. По крайней мере, ничего, что Сафи смогла заметить сквозь усталость. Разве что странная табличка над дверью. Надпись на ней гласила: «Никогда, никогда не выходи в море в ночь Бойни Бейл».
Она понятия не имела, что это значит.
Сафи почувствовала какую-то возню вокруг запястий, и ее внимание снова вернулось к Кейдену. Тот разматывал веревки, и у девушки, несмотря на то что она пыталась сдержаться, выступили слезы на глазах. Это были не слезы облегчения или благодарности, а исключительно слезы боли – поскольку