Библиотека

Колодец Единорога стр. 162

Размер шрифта
-
+
Тема

помню — нити все время перекручивались и рвались. Я просила матушку Валану объяснить, что же я делаю не так, и она, поглядев, отвечала: «Все правильно, деточка; просто у тебя нынче неправильное настроение». Вот я и думаю: законы можно менять, но сами-то валькинги и карренцы от этого не изменятся. Так, может, дело не столько в законах, сколько… в характере народа? В его внутреннем духе?

— Аргира! — окликнул звонкий, ясный голос, голос старшей принцессы, Аурии. Было темно, но от Эйрара не укрылся ледяной взгляд, которым она его наградила. — Никак ты пытаешься завладеть наградой, не уплатив цену? — продолжала она. — Ты полагаешь, что твое поведение благородно? Неужели ты, господин чародей, не мог подыскать лучшей мишени для своих приворотных заклятий, чем наша несмышленая девочка, которую стоит только погладить, и она уже готова мурлыкать, точно котенок? Попробуй-ка лучше заколдовать графа Валька, когда он явится сюда с флотом Двенадцати Городов…

Какое-то время Эйрар ошарашенно молчал, потом уловил взгляд Аргиры, исполненный ожидания, и с отчаянием понял: вот он, миг перелома. Если теперь он не отстоит свою любовь, другого случая может и не представиться.

— Да не творю я никаких заклинаний! — с мукой сердечной вырвалось у него. — И что плохого, любезная госпожа, что мы стоим здесь вместе и разговариваем? Знайте, что я люблю ее и буду любить, хотя бы рухнули все империи мира! Или вы хотите принудить меня отступиться от моей любви за то, что я не пожелал отступиться от Дейларны? Хотите разбить наше счастье?..

— Я пила из Колодца, сестра, — сказала Аргира. — И ты прекрасно знаешь, что магия бессильна против меня — и всегда будет бессильна.

Старшая принцесса лишь фыркнула.

— Красивый жест, господин Эйрар! Поистине, тебе самое место в труппе бродячих фигляров. Не забывай, что перед тобой — дочь императора. Города запылают и страны опустеют, если она сделает неверный выбор… по любви там или не по любви. Что значит ваше жалкое счастье, когда речь идет о судьбах тысяч людей? И не перебивать, когда я говорю!.. Я знаю, что ты хочешь сказать: отречься от наследования, не так ли? Нет, сколько ни отрекайся, ей не изменить ни своего рождения, ни крови, текущей по жилам. Ты хочешь, чтобы ее замучили на колесе, расчищая кому-то другому путь наверх, к трону — и только из-за того, что ей однажды взбрело в голову поиграть в любовь… с глупым мальчишкой! С предводителем двадцати бродяг, а не армии в двадцать тысяч копий!

…Оставшись один, Эйрар погрузился в горестные размышления. Мог ли он предположить, что высокомерная Аурия способна нанести столь беспощадный удар? Но если так, значит, даже Аурарий — Смазливчик, как называл его герцог — быть может, даже Аурарий еще хранил в себе толику железной крови древнего Аргименеса?.. О смысле слов Аурии Эйрар старался не думать: нет, нет, не могло того быть, чтобы она оказалась права, в ее доводах была некая червоточина, — вот если бы ему удалось ее отыскать…

Размышляя таким образом, Эйрар пересек крепостной двор, направляясь к жилищу Мелибоэ и думая обратиться за утешением к его философии — хотя надежда, признаться, была невелика: его не окажется на месте, он будет занят или вообще не пожелает говорить…

Отнюдь: волшебник был

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.