Команда Бастет стр. 5
предписывалось проводить в непосредственной близости к земле. Однако во избежание столкновения с архитектурными строениями и городскими птицами минимальная высота полета должна была составлять хотя бы четыреста метров.
Технически, без сопровождения нам разрешалось свободно бороздить просторы «пограничного» слоя атмосферы. Верхней точкой, куда разрешалось долетать, принято было считать нижнюю границу тропосферы – высоту в два километра от земли.
Правда, в условиях обучения мало кто из нас поднимался даже на километр. В этом не было необходимости, да и без того обстановка полета ощущалась довольно экстремальной.
– Чего вы там возитесь? – донесся до моих ушей равнодушный голос Сусинского; Вольдемар и его подопечная уже поднялись на борт и теперь взирали на нас сверху вниз. – Долго вас ждать еще?..
– Мы не полетим! – крикнула в ответ я. И сама подивилась собственной решительности.
Зато Вафельку мои слова повергли в буквальный шок.
– Как? – изумилась Фаина.
Пришлось пускаться в нежеланные объяснения.
– У тебя нет страховки на случай падения. Это будет небезопасно.
Земляничная полоса на лице Вафельки сложилась в тонкую ниточку. Практически невидимую и безмерно напряженную.
– Но ведь Тетяна Себастьяновна сама велела мне осваивать вождение ладьи, – жалобно протянула Репейнина. – А она ведь знала, что крыльев у меня нет…
– Хочешь сказать, Бастет разрешила тебе подниматься на борт? – удивилась я.
Репейнина кивнула.
– Иначе зачем бы она послала меня сюда?..
Голос ее дрогнул. Похоже, факт отмены нашего вылета крайне опечалил Вафельку. И хотя у моей подопечной было божественное позволение на участие в полете, совесть все равно не позволяла мне подняться с ней на ладью.
– Может, нам все же поискать на сегодня другое занятие? – осторожно поинтересовалась я. И, не дожидаясь ответа, принялась стремительно перебирать в голове варианты. Отменившемуся полету требовалась достойная альтернатива. Или хотя бы позитивная беседа, способная увлечь Вафельку и позволить ей не горевать об изменившихся планах.
Очень кстати мне вспомнилось, как неделю назад Бастет выдала Фаине набор цепей и учебную модель скарабея – для тренировок в установке крепежа. И факт этот показался мне крайне удачным для развития нового разговора.
– А ты научилась завязывать крепление для скарабея? – Я попыталась резко перевести тему, дабы отвлечь внимание Репейниной от мыслей о сорвавшемся вылете.
Мне казалось, сейчас Фая встряхнется и примется рассказывать о своих успехах в обмотке цепей… Однако вышло все совсем иначе.
Вафелька сникла.
– Блин… – Ее голос взволнованно дрогнул. – Я совсем забыла об этом, прости, пожалуйста!
Белые пальцы в невротической хватке сошлись на воротнике курточки. Будто пытались подтянуть ворот как можно выше к лицу, чтобы спрятаться за его материей, словно в домике.
– Я подвела тебя, да? – Печальные глаза скользнули к полу. – Наверное, я совсем никчемная ученица…
– Никого ты не подвела. – Метаморфозы подопечной невольно заставили меня смутиться.
Она же продолжала с каждой секундой выглядеть все грустнее. И от того, как менялось ее лицо, мне становилось откровенно неловко.
Я вдруг сама почувствовала себя виноватой. За то, что опечалила подругу своим вопросом и вогнала ее в подобное состояние. Тем более в такой сложный для нее период, да еще и после отмененного вылета.
Вафелька – милейшей души человек – стояла из-за меня расстроенная и, кажется, даже готова была разрыдаться.
– Да чего ты… – Я попыталась приободрить ее. – Ничего страшного в этом нет.