Команда Бастет стр. 7
пытаясь как можно правильнее сформулировать в голове объяснение.
– Достаточно быть пассажиром на одной из ладей, чтобы видеть в небе все, включая даже ладьи «Заката». – Кажется, мне удалось почти слово в слово повторить пояснение, некогда озвученное для меня Джехутиновым. Правда, из моих уст этот вопрос прозвучал лишь где-то в конце второго месяца службы.
Следующие десять минут ушли на то, чтобы отрегулировать высоту полета и объяснить Репейниной принципы управления лодочным рулем.
За рычаг моя подопечная бралась боязливо – видимо, факт отсутствия крыльев все-таки ее беспокоил. По крайней мере, начал беспокоить, когда управление нашим полетом легло в ее руки.
– А ты вроде говорила, что ладьей обычно управляет Тот? – Кажется, разговор Фаина завела исключительно ради того, чтобы отвлечься от своей боязни. – Но если лодку ведет твой бог, то для чего самой этому учиться?
– На случай, если бога вышибет из тебя в момент битвы. – Ответ я сопроводила тяжким вздохом. – Так-то это случается нечасто. Но со мной бывало. Кстати, не самое приятное событие… Хотя в целом все закончилось неплохо.
Ну, кроме того, что я лишилась дорогого смартфона, осталась без любимой футболки и обрела пожизненный страх перед алебардами.
Бледные пальцы Вафельки сжали руль крепче.
Летали мы кругами – очерчивали кольцевую траекторию над просторами у «Восхода». Добрая половина нашего пути пролегала над незамерзающим прудом, остальная – над безлюдным в дневной час проспектом.
Наша с Вафелькой высота едва превышала должные четыреста метров. Подниматься выше в ситуации с бескрылым пассажиром я попросту боялась. Хоть и находила свой страх глупым: в случае форс-мажора для Фаи не было бы разницы, со скольких метров падать.
Ладья Сусинского бороздила серое декабрьское небо на одном уровне с нами. Похоже, Вольдемар тоже решил не баловать Веронику экстримом.
Кроме того, начиналась метель – белые хлопья предательски летели в глаза, мешая обзору и не позволяя сосредоточиться на полете. Ветер появился будто из ниоткуда, гнал снежные вихри и бросал их нам в лицо, точно пытался ослепить и накормить ими одновременно.
Еще пара минут нашего полета прошла в режиме безмятежного спокойствия, перенеся нас к водной глади пруда. Мы летели над его рябящей поверхностью, периодически стряхивая с ресниц налипшие снежинки.
А затем непогода усилилась. Снега становилось в разы больше. Дышать и видеть – в разы труднее.
Продолжать полет в условиях изменившейся обстановки было уже невозможно.
– Разворачивайся! – крикнула я. – Летим к ангарам и будем снижаться.
Фаина отрывисто закивала, подтверждая согласие с данным указом, и принялась его исполнять.
Пальцы моей подопечной нажали на рычаг.
Потом еще раз. И еще.
– Заело, – посетовала она. – Сейчас…
Подруга обхватила лодочный руль двумя руками, точно кувалду или секиру. Выдохнула, собираясь с силами, издала боевой клич… И затем резко толкнула рычаг в сторону, наваливаясь на него весом всего тела.
– Не надо!.. – возопила я.
Но крик лишь растворился в порыве метели.
Поздно.Ладью крутануло по невиданной траектории, уводя в стремительный воздушный дрифт. А в следующий миг я увидела, что нас бросило ровно под нос вольдемаровской лодки.
…И столкновение произошло.Глава 2. Виновник
Удар.
Меня оглушил грохот. Ладья содрогнулась, разбиваемая силой инерции. Нас бросило на палубу, накрывая градом обломков. Словно в замедленной съемке, я видела, как вольдемаровская лодка разрезает наш корабль на две половины. Ее острый