Библиотека

Конец начала стр. 11

Размер шрифта
-
+
Тема

уж вышло, японцам на Гавайях не хватало топлива, чтобы патрулировать и в небе и на воде в той мере, в какой хотелось Синдо. Перед последней битвой они хлебали керосин и солярку, словно пьяный матрос. Теперь им требовалось топлива по кораблю в день. Так дела вести нельзя, особенно, когда торговым судам тоже не хватало горючего, и когда вокруг сновали американские подлодки.

   - Когда мы сможем начать пользоваться нефтью, захваченной в Голландской Ост-Индии? - поинтересовался Синдо.

   - Боюсь, не имею об этом ни малейшего представления, - ответил Футида. - Возможно, коммандер Гэнда в курсе, но я нет.

   - Если не скоро, зачем тогда мы вообще ввязались в эту войну? - проворчал лейтенант.

   - Если бы мы не ввязались в войну, у нас бы вообще не было никакого топлива, - сказал на это Футида. - Нет смысла тревожиться о расходовании и дележе того, чего нет.

   Как бы ни хотелось Синдо возразить коммандеру, никаких доводов у него не нашлось.

   Джим Петерсон стоял в очереди за едой, держа в руке миску и ложку. Риса и овощей, что япошки выдавали военнопленным в трудовом лагере, не хватало ни на поддержание сил, ни на поддержание духа. Это не означало, что он не испытывал голод и не желал съесть даже такой скудный ужин. О, нет! После еды он чувствовал себя... не так паршиво.

   Джим видел, что стало с теми, кто оказался слишком слаб, чтобы есть. Япошки не давали им пощады. Они гоняли этих ребят точно так же, как и остальных, и постоянно избивали. А если пленный от такого обращения умирал, что ж, не повезло. Япония не подписывала Женевскую конвенцию. Японские солдаты были убеждены, что плен - это величайший позор. Поэтому они считали, что обращались со сдавшимися американскими солдатами и матросами по-честному.

   "Шлёп!". Четвертый от Петерсона человек получил скудную порцию ужина. "Шлёп!". Теперь третий. "Шлёп!". Второй. "Шлёп!". Теперь парень, что стоял перед Петерсоном. И, вот "шлёп!" - он получил свою порцию. На 10-15 секунд мир снова обрел краски. У Джима была еда! Он поспешил отойти в сторону, чтобы поесть, прижимая к груди миску, как скряга прижимает к себе мешочек с золотом.

   Кучка липкого риса да неизвестные овощи размером с мяч для софтбола - вот, что было предметом его гордости. Джим это понимал и ему было стыдно. Он испытывал отвращение к самому себе. Но поделать он ничего не мог. Настолько его организм жаждал той скудной пищи, что выдавали япошки.

   "И ради этого я уехал из Аннаполиса?" - горько думал Петерсон, спешно засовывая в рот еду.

   Он был флотским лейтенантом, служил на "Энтерпрайзе" и возвращался в Перл Харбор после перевозки самолётов на остров Уэйк. Он взлетел с палубы авианосца, чтобы сделать с япошками то, что умел, и его быстро сбили. Джим считал, что "Уайлдкэт" - хорошая машина, пока не встретился со своим первым "Зеро". Он же стал для него и последним. Одного оказалось достаточно. Для него уж точно.

   Ему удалось выпрыгнуть и приземлиться на поле для гольфа неподалеку от Эвы, рядом с аэродромом морской пехоты к западу от Перл Харбора.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.