Король-ворон стр. 138
Сиротку, Чейнсо каркнула, покружилась над ними и полетела обратно к верхним полям. Там Адам и нашел Ронана – черное пятно в затянутом белым туманом поле. Он за кем-то наблюдал, но Чейнсо сообщила ему о приближении Адама, и Ронан, обернувшись и сунув руки в карманы темной куртки, стал смотреть, как тот подходит.
– Пэрриш, – произнес Ронан, окинув Адама взглядом. Он явно ничего не принимал как должное.
– Линч, – отозвался Адам.
Сиротка рысью проскочила между ними и ткнула в Ронана палочкой, которую держала в руке.
– Какая же ты мелкая пакость, – сообщил ей Ронан.
– А
ей можно это есть?
– Не знаю. Я даже не знаю, есть ли у нее внутренние органы.
Адам рассмеялся, до того нелепо это прозвучало.
– Ты ел? – спросил Ронан.
– Что-то кроме палочек? Ага. Я пропустил силовую тренировку.
– Какая жалость. Хочешь потаскать тюки с сеном? Это наверняка придаст тебе мужественности, глядишь – и волосы на груди вырастут. Эй, только ткни меня еще раз этой штукой, – это уже относилось к Сиротке.
Пока эти двое сцепились в траве, Адам закрыл глаза и запрокинул голову назад. Он мог бы заняться ясновидением прямо здесь и сейчас. Тишина и ветерок, холодивший шею, унесут его прочь, а влага, просочившаяся в его сапоги, и запах живых существ помогут ему удержаться в реальности. Изнутри и снаружи. Он не знал, что именно начинает боготворить – это место или Ронана, и не был уверен, что разница имела значение.
Когда он открыл глаза, то увидел, что Ронан смотрит на него – так, как смотрел уже много месяцев. Адам посмотрел в ответ – так, как смотрел в ответ уже много месяцев.
– Мне надо заняться сновидением, – сказал Ронан.
Адам взял Сиротку за руку и поправил его:
– Нам надо заняться сновидением.
Глава 43
В двадцати пяти минутах езды от них у Гэнси не было сна ни в одном глазу. А еще у него были неприятности.
Он еще не знал, по какой причине они возникли; зная семейство Гэнси, он мог так и не выяснить это. Впрочем, он чувствовал эти неприятности всеми фибрами души, так же, как ощущал, что прочно попал в сети истории с Глендауэром. Раздражение и злость в семье Гэнси были похожи на легкий привкус экстракта ванили. Его применяли экономно, крайне редко по отдельности, и определить его наличие можно было только задним числом. Если попрактиковаться, то можно было научиться распознавать его, но до какой степени? "Вот в этой булочке присутствует некоторая злость, тебе не кажется? О, да, думаю, всего чуть-чуть…"
Хелен была зла на Гэнси. Вот какой напрашивался вывод.
Семья Гэнси собралась в школьном здании, одном из объектов их инвестиций. Это был обветшалый, но все же удобный старый каменный дом, расположившийся среди отдаленных зеленых холмов между Вашингтоном и Генриеттой, где на его содержание зарабатывали сдачей в краткосрочную аренду. Семья провела здесь ночь – они пытались убедить и Гэнси переночевать с ними, и он бы, возможно, выполнил эту просьбу, если бы не Ронан, и если бы не Генри. Может, именно поэтому Хелен была зла на него.
В любом случае, он наверняка компенсировал