Кот, который бросил бомбу стр. 61
на мосту через Кровавый ручей погибла Лиз Харт. Лиз нам была как дочь!
Он постарался утешить её как мог, а потом задал вполне естественный вопрос:
— А что будет со «Старой мельницей»?
— Её братья хотят продать «Мельницу», — ответила Кэрол. — В Локмастере найдутся жулики, которые с руками оторвут ресторан, но нельзя позволять им зацепиться в Мусвилле… — Она замолчала, ожидая его реакции, и, не дождавшись, выпалила: — А почему бы тебе не купить «Старую мельницу», а, Квилл? То есть я имею в виду, Фонду К.?
— Гм-м, — замялся он. Он знал о соперничестве между двумя округами. — Фонд К. делает вложения в местную недвижимость. Можно
предложить Аллену Бартеру…
— Мы хорошо знаем Барта! — с радостью отозвалась Кэрол. — У Бартеров ферма рядом с нашей.
Квиллер всё ходил по городу, здороваясь с прохожими. И слова, и жесты сегодня были более сдержанными, чем обычно.
На Мейн-стрит он автоматически поднял глаза на окна Мэгги Спренкл — проверить, глядят ли оттуда пять «дам». На этот раз одной не хватало. Не заболела ли Мэгги? А может, пошла перекусить? Или просто куда-нибудь отлучилась? Он стоял и смотрел на окна, гадая, видят его «дамы» или нет, узнают ли его усы. Потом в окне показалась Мэгги и сделала Квиллеру знак немедленно войти.
Он пересёк улицу, благодарно помахав водителям, притормозившим, чтобы пропустить его.
У входа он нажал на кнопку домофона, дверь открылась, и он стал подниматься по узкой лестнице, покрытой толстенным ковром. Нога погружалась в ворс настолько глубоко, что запросто можно было вывихнуть лодыжку.
Как и ожидал Квиллер, Мэгги хотела поговорить о трагедии с Ледфилдами.
— Я очень сожалею о том, что мне так и не довелось с ними познакомиться, — сказал Квиллер.
— Вы бы пришли в восторг друг от друга, — проговорила Мэгги и заплакала. — Натан, помню, восхищался тем, как ты распорядился наследством Клингеншоенов, и, кроме того, он всегда читал Дорис вслух твои колонки. Ах, Квилл… — Явно назревал новый эмоциональный всплеск.
— Держись, Мэгги. Благодарно вспоминай все те годы, которые Спренклы и Ледфилды провели вместе.
— А какие красивые руки были у Натана и Дорис! У музыкантов такие длинные тонкие пальцы. Дорис говорила мне, что они тренируют пальцы по пятнадцать минут каждый день. Её пальчики летали над клавишами, почти не касаясь их. А Джереми всегда с восхищением наблюдал, как Натан перебирает струны скрипки… Я знаю, ты любишь музыку, Квилл. У меня есть записи Натана и Дорис. Полли рассказывала мне о твоей великолепной музыкальной системе в амбаре! Моя любимая вещь — «Блестящий полонез» Шопена! Вам обоим понравится!
— Почту за честь, — ответил он, и добавил: — Пятничная колонка о «великих ушедших» будет посвящена Ледфилдам. Может быть, есть что-то ещё, что мне стоит узнать о них?
— Могу сказать только одно, — откликнулась она с трепетом. — Они всегда делали больше, чем их просили сделать, и давали больше, чем их просили дать. Они поддерживали всякое достойное начинание, чего бы оно ни касалось: школы, церкви, библиотеки, спорта, городского хозяйства…
— Ты знала, что чучела животных из их коллекции участвовали в параде «Пикакс прежде»?
— Да разве только это! Их музей дикой фауны два раза в год был открыт для лучших учеников! — провозгласила Мэгги.
— Ледфилды однажды побывали в амбаре, заплатив