Кот, который пел для птиц стр. 100
вернулся, он спросил: «Что с тобой случилось, Обезьянка?»
Я ответила, что плохо себя чувствую.
Он сгрёб меня в охапку и сказал: «Я знаю хорошее средство от болезней». Я вырвалась из его рук и заявила: «Отойди от меня и не называй Обезьянкой». Я была в ярости. Утратила хладнокровие и кричала то, чего не следовало. Сказала: «Я знаю, где ты раздобыл денег на эту квартиру! Ни от какого-то там дяди из Монтаны. Я знаю, где ты достал эти деньги и как!»
Едва у меня вырвалась эта фраза, я поняла, что сделала глупость. Он ударил меня кулаком, и я выбежала из дома и поехала к Саре. Там я нахожусь и сейчас. Она на работе. У меня подбит глаз. Наверное, завтра вечером я не смогу участвовать в орфографическом матче.
Я позвонила бабушке, и она сказала, чтобы я вылетела к ней утренним рейсом. Она заказывает для меня билет. Я побуду здесь до вечера, когда он уйдёт на работу, а потом заеду за своей одеждой и остальными вещами. Я не сказала даже Саре. Если хотите, можете ей рассказать, а она скажет моим родителям. Я сомневаюсь насчёт полиции. Как Вы думаете? Не лучше ли просто забыть то, что я узнала из их разговора? Чет такая важная
персона, знаете. Я предоставляю решать Вам. Ещё раз спасибо за то, что взяли моих бабочек.
Феба
Закончив читать, поверенный сказал:
— К этому гадюшнику нужно приближаться с осторожностью. Он действительно известное лицо, которое только что чествовали за двадцатипятилетнюю службу на благо общества. И как я уже говорил прежде, тут многое основано на слухах. Может быть, у неё не всё в порядке с головой из-за того, что её ударили кулаком в лицо? Какую часть этой истории можно доказать? Я хотел бы обсудить это с моими партнерами.
Квиллер пригладил усы.
— Я предпочёл бы кое-что сам потихоньку разнюхать. Ты помнишь скандал с Кэмпбеллом? Или это случилось до того, как ты приехал в Мускаунти? Рэмсботтом откупился от административно наказуемого поступка, он способен откупиться и от уголовного преступления. Я тебе позвоню, или ты мне позвони.
По пути домой Квиллер остановился возле цветочного магазина, чтобы купить ещё две гвоздики.
— Опять? — спросила молодая женщина с томным взором. Она уменьшила звук радио, передававшего музыку в стиле «кантри». — Какого цвета на этот раз?
— Красного. И лучше пусть будут три.
— Ну и ну! — произнесла она тоном, в котором прозвучала насмешка над таким «транжирой».
Квиллер решил, что хватит её мучить загадками.
— Я провожу исследование для своей колонки — выращиваю партию бабочек в неволе. Их нужно кормить сахарной водой, обрызгав ею цветы. Пока что начали летать только две, но я ожидаю, что полетят и остальные… Что-что?
Диктор прервал музыку сводкой новостей. Клодин прибавила звук: «Только что стало известно имя водителя, погибшего в катастрофе на мосту через Кровавый ручей. Жертва — двадцатитрехлетняя женщина, Феба Слоун, местная художница, известная как Девочка с Бабочками. Она дочь Мэри и Орвилла Слоунов из Вест-Мидл-Хаммок. Об аварии сообщил водитель грузовика, рано утром заметивший на асфальте следы забуксовавших колес и остановившийся, чтобы заглянуть в пропасть. На этом мосту уже случилось несколько аварий, но петиции о том, чтобы что-то сделали с этим