Ковентри возрождается стр. 4
из завсегдатаев, истосковавшийся по уютному зрелищу ложбинки между грудями в вырезе Гретиного платья.
Дереку понадобилось целых пять минут на то, чтобы устроить Руфь, Наоми, Иакова и Иова на ночь, и еще несколько минут — чтобы запереть окна и дверь сарая на все засовы и замки. Черепахи теперь животные редкие и ценные, кража черепах стала в Англии явлением вполне заурядным. Поэтому Дерек рисковать не желал. Он не представлял, что будет делать, если у него украдут любимый черепаший квартет. Мало того, что он их обожает, — у него не хватило бы средств восстановить поголовье. Когда он вернулся в дом, то обнаружил, что Ковентри его не послушалась и ушла в пивную.
— Мне необходимо уйти, извините, но сегодня Ежегодное собрание, — объяснял он равнодушно внимающим детям. — Вы без нас тут управитесь?
— Конечно, — отвечали они.
Когда за Дереком захлопнулась дверь георгианской эпохи, дети открыли бутылку отцовского вина, настоянного на цветах бузины, и с бокалами в руках уселись смотреть полупорнографический видик под названием «Грешные тела».
Из-за ссоры с Дереком Ковентри было не по себе. Как назло, в разговоре с подругами возникла какая-то неприятная пауза. Чтобы заполнить ее, она выпалила первое, что пришло в голову:
— Сколько лет было Иисусу, когда он умер?
— Господи помилуй, — проскрежетала Грета голосом на шестьдесят сигарет в день, — я сюда развлечься пришла, а не вести дурацкие дискуссии на религиозные темы!
Ковентри покраснела, затем изо всех сил попыталась перестать краснеть. Она в тот день прочитала, что если думать только о хорошем, то можно заставить тело повиноваться во всем.
— Он не умер, его убили, — заметила худая и любящая точность Морин.
— Ему было тридцать три, — сказала Грета неприязненным, предостерегающим тоном. Она защелкнула сумку, всем своим видом показывая, что вопрос закрыт.
Ковентри поглядела на Грету и подумала, что она хулиганка. Она вообразила Гретино огромное мясистое тело не в обычном ее платье из полиэстра, а в шмотках, которые носят бритоголовые бандюги, и эта картина вызвала у нее ухмылку. Волосатый мужчина с баками, прислонившийся спиной к стойке бара, ухмыльнулся в ответ, и Ковентри быстро отвела глаза и притворилась, что ищет что-то в своей сумочке.
Морин хихикнула и сказала:
— Ага... Ков, кажется, подцепила одного. Тот парень в комбинезоне ей уже улыбался.
Грета зажгла сигарету и, выдохнув темный дым, сказала:
— Это Норман Паркер. Жить без карт не может, а более вонючих ног я ни у одного мужика не встречала. Держись от него подальше, Ков.
Все три женщины посмотрели на ноги Нормана Паркера, упрятанные в рабочие башмаки. Заметив их взгляд, Норман крикнул:
— Вот помоюсь, приоденусь — вы меня не узнаете. Сесил Паркинсон мне в подметки не сгодится.
Хозяин, м-р Пател, поднял голову от микроволновой печи, где таинственные лучи разогревали картофельную запеканку с мясом на ужин Норману Паркеру. Он не любил, когда у него в баре повышали голос. Он по опыту знал, что сначала клиенты повышают голос, а потом приходится вызывать полицию и, прихватив выручку, запираться в кладовой.
Джеральд Фокс шумно ввалился с улицы в бар и встал, важно оглядываясь вокруг, будто собрался сообщить, что началась война.
— Сунь-ка свежую булочку с сосиской в свою печку, Абдул, — заорал