Край Вечности стр. 204
уходили к Бешеным. А потом Бешеные объединились. К несчастью… – Он стиснул зубы, облизнулся и потряс головой, будто собираясь с мыслями. – Они наступают. Мы снова готовимся к войне. Но на сей раз у нас есть оружие.
Руби любила слушать отца, потому что это были редкие времена, когда он беседовал с ней, и только с ней. Не разглагольствовал по телефону, ни с кем не шептался на крыльце, а говорил только с дочерью, и Руби обожала его истории, как обожала сладости. Она жаждала их, ей не терпелось услышать рокочущий папин голос, увидеть горящий в его глазах огонек. Если больше ничего нет, истории – именно та пища, что поддерживает дух.
* * *В доме были и другие двери – например, задняя дверь с расшатанной москитной сеткой, болтающейся на петлях, будто сломанный зуб. Ее открывали снова и снова, а она чертила на бетонном полу полукружья. Порой, в ветреные ночи, сетка распахивалась и хлопала о стену дома, словно какой-то незнакомец стучит без устали, но никто ему не открывает. Руби не разрешали одной выходить в заднюю дверь – тяжелую створку, прикрытую москитной сеткой, – она всегда была заперта.
Позади дома раскинулся маленький двор, окруженный высоким деревянным забором, за которым лежал темный переулок, а за ним – огромная яма. На том месте прежде стояла часть высокого здания, которую снесли, вырвав с корнями, но должно быть, это случилось очень давно, потому что теперь башню возводили все выше, этаж за этажом.
Яма была громадная и глубокая, размером с футбольное поле, и ее огородили сеткой-рабицей. Через каждые десять футов расставили таблички: «Прохода нет! Опасная зона!»
В башню вела деревянная дверь, выкрашенная в красный. Вроде бы самая обычная дверь, она все же казалась очень старой и загадочной. Подобная дверь обязана была вести к чему-то важному. Руби была ею одержима. Она почти все время торчала возле окна спальни, таращась на высотку, наблюдая за входом и переулком в ожидании, что же случится.
Когда отец в тот вечер ушел, сказав, что скоро отведет Руби в башню, девочка была вне себя от нетерпения. Руби знала, просто знала: грядет что-то невероятно важное, то, что изменит всю ее жизнь, самое лучшее, что с ней когда-либо случалось. Она уснула, и ей приснились дерево и пыль. Какая-то женщина заставляла ее открыть рот и есть эту пыль. Руби проснулась, задыхаясь, рот ее пересох от жажды.
Она подошла к двери и повернула ручку, но замок, как обычно, оказался заперт. Руби страшно хотелось пить. Она хотела было позвать отца, но тот не любил вставать среди ночи, поэтому Руби уселась спиной к двери и снова задремала.
На сей раз ей приснились река и ключ – огромный ключ, выше ее роста, ключ, который откроет любую дверь, если только сумеешь его поднять.
28В тот день, до встречи с братом, прятавшимся в заброшенном доме, Руби сидела в классной комнате и посматривала на часы. Урок почти закончился.
Настал последний день перед каникулами. Сложив все пять учебников в ранец, Руби нетерпеливо постукивала ногой в такт секундной стрелке и ждала, пока минутная остановится на двенадцати.
Учительница посмотрела на девочку, откашлялась, прочищая горло, и легонько кивнула. Руби забросила на плечо