Край заблудших стр. 108
– но они еще не определили ее туда, – или в своем теле, в родном мире. Ее же не было нигде.
«А не сдаться ли мне?» – мелькнула предательская мысль. Я прикусил ладонь, чтобы изгнать страх болью. Как вообще можно чего-то бояться, если только что был готов умереть? Если так подумать, смерти я уже не боюсь. Уже дважды я перешел границу между жизнью и смертью. Не верится, что такой же границы не будет в следующем – еще более мертвом мире.
Пойду к границе. Пройду туман вдоль и поперек, обыщу каждый невидимый уголок. Если не получится – отправлюсь вслед за Дитой в другой мир. В своем мне без нее делать нечего. Пусть судьи болтают, что это не навсегда… Пусть даже они правы. Плевать. Важно то, что сейчас.
«Важно то, что сейчас», – эта мантра крутилась в голове, пока я шел к границе, за поля. За час, мне кажется, не добрался бы, но пространство вновь исказилось, и вот я слишком быстро, не успев до конца смириться с собственной решимостью, оказался возле конвейера. Забавно – из всего города только он и дом Каина остались в целости. Даже мешки с товарами лежали рядом, позабытые и ненужные. Среди них что-то шевелилось. Я подошел ближе.
– Да очнись ты, пьянь… – непривычно обессиленный голос Лема. Когда я его окликнул, он поднял на меня взгляд. Под глазами темнели круги. Не от сажи – скорее от усталости. – Я пытаюсь их спасти, Орф. Но никто не хочет. И этот…
Лекарь ударил по щекам того, кто лежал рядом. Да это же Авель!
– К чему мои попытки помочь, если тут никто не хочет, чтобы ему помогали? – шептал Лем. Он еще что-то говорил, руки его тряслись.
Авель никак не реагировал, только спал пьяным сном. Перегар доносился даже до меня, хоть я и стоял достаточно далеко.
– Оставь его, Лем.
– А что же делать? – Он опять посмотрел на меня, но уже с надеждой. Будто верил, что я сейчас расскажу ему что-то важное. Только сказать-то мне было нечего. Прочитав это в моих глазах, Лем опять поник, но все же отстал от Авеля, поднялся на ноги. – Слышал я, что произошло. Воспоминания разорвали мне голову. Но мы в чудесном мире – раны здесь быстро заживают. Я, лекарь, врач… никому не нужен здесь.
– Почему ты не сошел с ума, как остальные?
Я спросил, но тут же усомнился. Лем не выглядел безумно лишь на фоне остальных.
– Помогать. Каин определил мне эту роль, увидев во мне что-то. Он всегда умел видеть, создавать, распределять людей, как детальки в механизме. Я был частью этого механизма – смазывал и чинил тех, кто сломался. Но как быть, если будильник переехал грузовик? Тут уже не обойтись заменой секундной стрелочки…
– Лем, тебе стоит…
– Тут у меня была цель. Теперь ее нет. Ни у меня, ни у кого.
– Ты ошибаешься, Лем! Тут ни у кого не было цели. Сюда попадали такие люди – без цели.
– Пусть так, – кивнул лекарь и спрятал руки в карманы своей формы. – Я пришел без цели, умер без нее. И обрел ее здесь. Зачем было все рушить, Орф? Мы ведь говорили: все здесь было ладно, каждый жил так, чтобы не чувствовать себя несчастным. Никто на самом