Библиотека

Красные карлики стр. 13

Размер шрифта
-
+
Тема

и какая-то… незнакомая. После наркоза такое бывает – иногда люди забывают свой адрес, не узнают друзей. – Язык не чувствует…

– Надо выждать некоторое время. Вам понадобится несколько дней, чтобы привыкнуть к новому состоянию.

– Мне… сделали операцию? – Албан рискнул опереться на локоть и привстать. Люди в бледно-салатовых комбезах заинтересованно следили за его движениями.

– Осторожнее, – остерёг его курчавый, сделав предупреждающий жест. – У вас могут возникнуть проблемы с адаптацией…

Приподнявшись, Албан наконец увидел себя целиком – и свои проблемы тоже.

Внешне он выглядел куда лучше, чем можно ожидать после огнестрельного ранения в грудь. Албан лежал на узком тёмно-коричневом столе, одетый лишь в просторные белые трусы из шероховатого нетканого материала. К столу его притягивала широкая эластичная лента на уровне талии, ленты поуже охватывали бёдра и голени.

Он не узнал своего тела, но приписал это действию наркоза. Кожа слишком светлая, корпус и ноги – заметно накачанные, словно он не лежал в медикаментозной коме, а полгода без роздыха занимался культуризмом и килограммами поедал протеин. Никаких рубцов на туловище он не обнаружил, даже самых тоненьких – а ведь они должны были остаться; земляне – не форцы, у которых шрамы рассасываются без следа.

Зато он обнаружил нечто настолько несуразное, что ему сразу захотелось вновь закрыть глаза… и горячо помолиться о том. чтобы при следующем взгляде ничего этого не было! чтобы всё исчезло!

Прямо в живот Албану, в трёх местах – под грудиной и с двух сторон в подреберьях – входили широкие плоские штекеры, от которых шлейфы оптоэлектронных волокон (сорта и оболочки их Албан знал по службе) уходили к приборам, где активно работали десятки экранов и окон индикации. Но мало того – четвёртый шлейф соединялся с его телом через порт под левой ключицей, стандартный для киборгов. Кожа по краям портов была немного отвёрнута, будто на теле открылись щелевидные безгубые рты. Он видел свою кожу на разрезе – тонкий белый слой,

а под ним мелкие серо-жемчужные капсулы биопроцессоров, покрытых щетинистой сеткой шовной смычки.

Он поводил глазами по комнате, словно желая найти, где написан ответ на его немой вопрос: «Что это?.. что со мной случилось?» Все безмолвствовали. На закраинах стола ясно виднелись следы его рук – прочный композит измят, как пластилин, покрытие растрескалось. Он машинально поднёс ладонь к лицу – ни ссадин, ни царапин.

– Видите ли, – негромко произнёс курчавый, – для сохранения вашей жизни пришлось прибегнуть к радикальным мерам. Мы обсудим это отдельно, когда вы в достаточном объёме освоите свои функции. Ближайшие два-три часа вы проведёте здесь – ваши системы нуждаются в тщательном контроле.

Если сначала ирреальность бытия кое-как объяснялась наркозом или тяжестью ранения, с каждым последующим днём она всё сильнее настораживала, а то и прямо пугала Албана. Никакие уверения Джомара, что дальше будет лучше, не действовали. Хорошо шефу с причёской пуделя внушать: «Всё происходящее с вами абсолютно естественно». Его-то мама родила, он рос и развивался по-людски, а Албан на себе проверял, каково разуму в теле-манекене.

Привычные ощущения не возвращались, а новые Албан старался не задействовать, чтобы не чувствовать себя душевнобольным. Когда они включались, он соскальзывал в бред, в хоровод невообразимых иллюзий. Он страшился этого и был постоянно настороже, иначе предметы и люди

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.