Библиотека

Красные огурцы стр. 34

Размер шрифта
-
+
Тема

иду. Он все слышит.

Антон хотел отпустить еще какую‑нибудь едкость в адрес леса, но вдруг почувствовал, как будто все эти деревья, устремленные в небо, действительно смотрят на него и внимательно слушают. Кроны шумели как‑то неодобрительно, захотелось говорить шепотом.

— Так что, по этой тропинке, что ли? — спросил Антон тихо.

— По ней. Как раз дойдем до речки.

— Как называется речка‑то? — Антон навалился на тележку, она поддалась и покатилась почти сама, хрустя ветками.

— Черная называется.

Минут через пятнадцать лес расступился и они оказались на пологом берегу реки. Черная — шириной с Кутузовский проспект — сонно несла свои воды, раздвигая лес и не нарушая первозданной тишины. Только тропинка свидетельствовала о присутствии здесь человека, Антону показалось, что они не в Подмосковье, а где‑нибудь в Сибири. В торжественной тишине они подтолкнули колесную платформу к воде, она погрузилась по самые колеса и стала. Сверившись с инструкцией, Антон отсоединил фиксаторы, погребальная ладья соскользнула по полозьям в воду и торжественно закачалась. Дедушка, лежащий в лодке, закачался вместе с ней, жутковато кивая головой. Дуня и Антон в резиновых сапогах стояли в воде. Дуня посмотрела на Антона, он понял, что миссия энергетического наследника требует от него сказать что‑то важное и отпустить ладью по течению, как бы дико это ни выглядело глазами городского жителя средних лет без вредных привычек.

— Степан Трофимович мне сказал вчера, что я хороший человек, — начал он. — И думаю, он имел право судить, потому что сам был хорошим человеком. Он прожил свою жизнь не зря. Он был созидателем, что большая редкость в наше время. Он пришел в этот мир и сделал его чуть лучше. Сейчас он уходит. Но мир и мы с тобой, Дуня, его не забудем.

— Про энергетического наследника скажи, — шепотом подсказала Дуня.

— И я, — повышая голос, очевидно, чтобы лес хорошо расслышал, сказал Антон, — горжусь тем, что Степан Трофимович выбрал меня своим энергетическим наследником. Я обещаю исполнить его волю. Да будет так. Слава науке!

В некотором

удивлении от собственной речи Антон сильно толкнул лодку, и она медленно поплыла вместе со своим колеблющимся отражением по зеркальному полотну реки. Дуня заплакала, Антон обнял ее и стал гладить по голове, стесняясь двух слезинок, катившихся по щекам.

К полудню стало припекать. Антон ковылял по дороге через поле, левую руку оттягивала корзинка с деньгами, на правое плечо давила прялка «Россия Великая». Дуня семенила рядом со старым саквояжем. Чем дальше отходили они от места силы, тем более нелепым казалось Антону все произошедшее. Неужели от того, что он поддался сентиментальному порыву, теперь нужно всерьез считать себя ответственным за эту прялку и за эту Дуню? Одно дело — эмоции на похоронах, а другое — обычная жизнь. Однако со стороны все выглядело именно так — прялка лежала на плече, а Дуня шла следом, глядя под ноги и не особо волнуясь, куда именно они идут. Она явно настроилась начать новую жизнь под крылом Антона и по этому поводу даже принарядилась и накрасилась, чем тут же развеяла свое обаяние невинной простой красоты. С синими веками, алыми губами, в мини‑юбке, белой блузке и туфлях на каблуках Дуня выглядела как ученица швейного техникума, готовая пуститься во все тяжкие на совместной дискотеке с токарно‑фрезеровочным техникумом. Не хватало только банки джин‑тоника и сигареты. Когда она

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.