Библиотека

Красные огурцы стр. 52

Размер шрифта
-
+
Тема

где дождь придавал происходящему дополнительный привкус безумия, хотя диджей Пингвин и угольная шахта и так неплохо справлялись. Белые наряды — балахоны, комбинезоны, платья, космические штаны и совсем непонятные мешки, выступавшие в роли одежды, быстро перестали быть белыми. Холод начинал красться по не успевшим разгорячиться спинам. А много ли надо уставшему городскому жителю с его не первой свежести гедонизмом, чтобы сойти с дистанции в погоне за счастьем? Первые разочарованные начали покидать танцпол, лепились у барной стойки и самым пошлым образом искали укрытие от дождя.

Антон заметил Дуню в компании модных юношей наркоманского вида — ей надели киберпанковскую шапку с рогами и светящимися трубочками и белые меховые наколенники, она пила коктейль и смеялась, он не стал подходить. Ближе к полуночи надежды на то, что дождь перестанет, окончательно размокли, веселое безумие плавно превращалось в унылое безумие. Два раза выключалось электричество, из темноты доносились пьяные крики, в поле зрения начали появляться грязные плачущие девушки без обуви. В лесу слышался рев буксующих автомобилей. Музыка замолкала и принималась играть снова, но на танцполе осталась всего пара десятков людей, которым в принципе музыка была уже не нужна.

Под козырьком, где пристроился Антон, сидели несостоявшиеся весельчаки в грязных нарядах. Они обнимали себя за коленки, дрожали и тихо переговаривались охрипшими голосами. К нему подбежал мокрый, но не сломленный Кирилл, похожий на капитана корабля, попавшего в шторм, и попросил помочь вытянуть машину одного важного гостя. Антон был рад вырваться из круга ненависти к себе, наркоманам и дождю, по которому он мысленно ходил, и ринулся в пучину спасательной операции. В свете фар он пристегивал тросы, трактор плевался струями жидкой грязи из‑под колес прямо на модных владельцев застрявших машин, так тщательно подошедших к соблюдению белого дресс‑кода.

Часа в три начало светать, он пошел греться в вип‑зону и по дороге наткнулся на Дуню. В ней боролись две степени опьянения: высокая — когда она совершала порывистые движения конечностями, и крайне высокая — когда она закрывала глаза и покачивалась. Вторая постепенно побеждала. Дуня отбивалась от юноши с вытаращенными глазами во флуоресцентной футболке. Увидев Антона, она молниеносно сдала позиции и стала усердно целовать юношу в светящееся плечо.

Антон потянул Дуню за локоть. Она издала сердитое междометие, загородилась от своего энергетического опекуна юношей и, заново прицелившись, присосалась к его губам.

— Дуня, тебе хватит, — строго сказал Антон.

— Нет, не хватит… Это… только начало! — ответила Дуня, пытаясь делать два дела одновременно — презрительно щуриться и стоять на ногах. — Я вот за него замуж… Возьмешь меня, ты?

Поскольку юноша с самого начала не переставал судорожно трясти

головой в такт музыке, это движение можно было расценить и как начало эпилептического припадка, и как согласие. Дуня выбрала второй вариант.

— Вот видишь! Он возьмет. Так что иди, Антон. Я пристроилась!

— Дуня, пойдем, тебе пора.

— А ты мне кто? Что ты раскомандовался?

— Все, хватит!

Антон легко выдернул Дуню из объятий припадочного жениха и потащил сквозь толпу. На входе в вип‑зону их поймал Кирилл.

— О, Антоха! Давай вас сфотографируем для светской хроники!

Не успел Антон обдумать это лестное предложение, как ему в глаза два раза выстрелила вспышка, и, совершенно ослепший, он на ощупь добрался до вип‑лаунджа и повалился вместе с Дуней на лежанку из

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.