Кремль 2222. Северо-восток стр. 110
Богдан, не надо недооценивать нео. Они развиваются. Причем очень быстро. Того и гляди, из автоматов по нам стрелять начнут.
Я промолчал, продолжая рассматривать в бинокль позицию врага. За забором виднелось двухэтажное вокзальное здание – с облупившейся краской, просевшей местами крышей и обвалившейся кирпичной кладкой, но более-менее сохранившееся.
Больше ничего интересного я не приметил. Разве что расставленные перед импровизированным забором бочки.
– Освещение, – прокомментировал Олег Петрович. – По ночам нео в них разжигают огонь. Освещают подходы, так сказать. Этому они точно у нас научились. Ну что, Богдан? Какие соображения?
Я не понял вопроса. Он что, думает, я ему с ходу предложу схему штурма?!
Олег Петрович глядел на меня и ждал ответа.
Я растерянно пожал плечами:
– Думаю, идти под землей – правильное решение. Если весь Рижский окружен таким же забором, с кострами и часовыми, то по земле незамеченными нам не пройти.
Если ниитьмовец и был разочарован ответом, то умело это скрыл. Я вообще не мог понять, о чем он думает.
– Ладно, Богдан, – Олег Петрович забрал у меня бинокль. – Давай догонять своих.
* * *Иван и остальные ждали нас у Пятницкого кладбища – так ниитьмовцы называли это место. Возможно, когда-то здесь было захоронение, но теперь оно превратилось в рощу плотоядных деревьев-вампиров. Уродливые ветки шевелились, но не от ветра, а сами по себе. Они словно щупали воздух перед собой в поисках добычи. Шершавые древесные стволы скрипели и раскачивались, издавая шипящие звуки, похожие на невнятное бормотание. Казалось, роща живая. В некотором смысле так оно и было. Чудовищная, извращенная, взлелеянная на горячей крови псевдожизнь…
К счастью, древесные хищники стояли друг от друга на расстоянии в добрую сажень, так что пройти между ними было можно. Надо только внимательнее смотреть, чтобы не угодить в их растопыренные ветки-лапы, а то вмиг схватят, вонзят под кожу иголки и высосут кровь – их излюбленное лакомство.
Мы вновь взяли на изготовку мачете, чтобы отмахиваться от хищных ветвей, и вступили на территорию бывшего кладбища. От могил давным-давно не осталось и следа, их занесло землей и погребло под толщей разросшегося мха. О былом напоминали лишь мелькнувшие среди деревьев остатки то ли часовенки, то ли усыпальницы. Впрочем, особо разглядывать пейзаж мне было недосуг – приходилось быть начеку, чтобы не попасть на закуску кровожадной хищной флоре.
«Дан, справа!» – вскрикнул Лёнька. Но я уже и сам заметил протянувшуюся ко мне сучковатую «лапу».
Взмах мачете. Из перерубленной ветки захлестала самая настоящая кровь. Дерево издало пронзительный звук, похожий на стон.
Теперь все деревья громко скрипели, их бормотание усилилось, то и дело сменяясь жалобным причитанием, когда мачете одного из бойцов отсекало скрюченную жадную «лапу». Но древесных хищников это не останавливало – они вновь и вновь тянулись к такой лакомой добыче. Близость еды сводила их с ума.
Мы привычно работали мачете, словно заядлые дровосеки, оставляя за спиной отрубленные, дергающиеся в конвульсии ветки. В целом переход через плотоядную рощу можно было назвать легкой прогулкой, особенно по сравнению с Провалом, кишмя кишащим удильщиками.
Каждый из нас привык к таким рощам с детства. Тут требовалась лишь внимательность и хорошая реакция. Конечно, если бы деревья здесь росли погуще, нам бы пришлось намного сложнее. Через некоторые