Библиотека

Кривая роста стр. 75

Размер шрифта
-
+
Тема

он снова блестяще доказывал это. Терять время на бестолковый спор не было никакого резона. Важно, что его докладную Бортнев без всяких проволочек выносил на рассмотрение совета и докладчиком назначил его, Жебелева. Когда Николай Павлович окажется на трибуне совета, он сунет к чертям собачьим все эти казенновские «параметры» и простым языком скажет, в чем суть вопроса. Чего же зря копья ломать.

Поэтому Николай Павлович не стал возражать, что его вопрос именно так будет сформулирован в повестке заседания совета. Тем более что Казеннов согласился выбросить из формулировки слова «…а также коэффициентов принятых капитальных вложений».

Этот пристегнутый в первом варианте наименования каламбур не

имел никакого отношения к сути рассматриваемого вопроса. Казеннов это понимал и пристегнул его только для того, чтобы отстегнуть при согласовании формулировки. Таким испытанным методом ученый секретарь всегда обеспечивал полную демократичность обсуждения вопросов. Иван Михайлович Казеннов всегда в необходимой степени соглашался с доводами другой стороны. Он отстегивал то, что предусмотрительно было им пристегнуто, и собеседники расходились удовлетворенные друг другом.

После того как формулировка доклада была согласована, Казеннов перешел к следующему вопросу.

— Теперь, батенька мой, насчет рецензентов по вашему докладу, — бодро заявил он и выхватил из папки лист бумаги. — Желательно два рецензента — от науки и от практики. От науки есть предложение заслушать…

Иван Михайлович назвал фамилию ученого-строителя, известного молодому поколению главным образом по историческим разделам вузовских учебников.

— Он же давно на пенсии, — удивился Жебелев.

— Согласится, согласится, — успокоил его Казеннов. — Позвоним, попросим… Машину подошлем. Ему на совет проехаться одно удовольствие. Засиделся небось дома… Зато величина! Доктор, профессор! Такого рецензента каждому докладчику лестно иметь.

— Да, но Федор Юлианович никогда не занимался экономикой сборного железобетона, — возразил Николай Павлович. — Он проводил научные исследования по нормированию расхода материалов. Это же совершенно другая область.

Казеннов кивнул, откинулся на стуле и улыбнулся.

— Вы Генри Форда знаете? — отрывисто спросил ученый секретарь.

Жебелев дернул себя за мочку уха и сказал, что лично он с Генри Фордом незнаком, но кое-что о нем слышал.

— Вот именно — кое-что! — многозначительно продолжил Иван Михайлович. — Этот, с вашего позволения, капиталист, реакционер и жестокий эксплуататор, оказывается, как ни странно, был умный человек и дальновидный организатор… Так вот, Генри Форд, к вашему сведению, в сложных ситуациях, когда специалисты не могли найти решения, приглашал… Кого? Неспециалистов. Людей, так сказать, не отягощенных консерватизмом мысли и традиционными шаблонами подхода к вопросу…

— Погодите, Иван Михайлович, — остановил Жебелев ученого секретаря. — В таком случае еще лучше можно сделать. У меня есть знакомый доктор исторических наук. Давайте пригласим. Тут уж никакого отягощения не будет. И машину за ним не надо посылать — самостоятельно человек передвигаться может… Давайте пригласим исторического доктора!

Казеннов снова промокнул платком лоб, вынул из кармана трубочку с валидолом и покрутил ее в пальцах.

— Мы ведем серьезный деловой разговор, Николай Павлович, — с укоризной сказал ученый секретарь. — Не надо превращать его в фарс. Неужели вы не понимаете, что такой рецензент, как Федор Юлианович, обеспечит свободу в научной полемике. Он не будет навязывать совету собственное мнение.

«Вот именно, — подумал Жебелев. — Где же он его возьмет, чтобы навязывать».

— Он обеспечит на совете полную объективность обсуждения вопроса, — повторил Казеннов. — Конечно, он несколько отстал от современных научных проблем. Ему нужно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.