Кровавый апельсин стр. 120
на солнце.
— Вот это да! — удивился он. — Чем это ты занимался? Тебя как будто ногами топтали. Боже, а голова!..
— А что у тебя?
— Вечеринки, — ответил он. — Постоянно вечеринки.
— Выглядишь отдохнувшим, — сказал я.
— Одна видимость! — махнул рукой Чарли. — Просто психологический тренинг. Вот с палубой — беда. Мы утром подняли грот-мачту и не смогли опустить, а в дате паруса огромная дыра, сейчас ее зашиваем. Хорош отдых!
Я сказал:
— Зайдем в кубрик. Нужно поговорить. Он снова открыл глаз. Не знаю, что уж он увидел на моем лице, но тут же вскочил и спустился в кубрик.
— Послушай, — проговорил я, — у меня небольшие сложности. Я рассказал ему всё, что случилось, начиная с телефонного звонка Эда и возвращения из Ирландии. Он спросил:
— Ну и что?
— А то, что я должен предложить тебе не участвовать в регате. Это чертовски опасно. Чарли улыбнулся.
Я начал заниматься парусным спортом не потому, что это самое безопасное увлечение, — объяснил он. — Мы были на борту всю неделю, и никто к нам близко не подходил. — Он помолчал. — Если они нас взорвут, придется добираться до берега вплавь.
Я поблагодарил его:
— Спасибо, Чарли. — И мы принялись за работу.
Яхта была почти готова. Но еще надо было погрузить запас продуктов, забрать паруса из ремонта, исправить грот-мачту и установить новую УКВ-рацию с цифровым передающим устройством; то есть теперь мы могли передавать эксклюзивные репортажи нашим спонсорам из любой точки в зоне досягаемости сигнала. В довершение всего, к нам на яхту постоянно заходили посетители, старые друзья, которых мы не видели с прошлого года, журналисты и контролеры, пересчитывающие сигнальные ракеты и проверяющие наличие спасательных плотов и прочих средств безопасности, предусмотренных правилами гонок. Я и не заметил, как наступил вечер, а с ним и подошло время проведения пресс-конференции спонсоров.
Пресс-конференция началась как обычно: Дуг Сайлем сказал, как он горд и счастлив тем, что мы поплывем при поддержке его компании, а я в ответ — как мы горды и счастливы тем, что поплывем при поддержке такого замечательного спонсора. Затем встал Алек Стронг, с блестящими голубыми глазками под пепельными бровями, и спросил, как я оцениваю шансы на победу.
— Шансы неплохие, — сказал я.
Он улыбнулся.
— Вы скрываете что-то насчет вашей яхты, — сказал он. — Двадцать четыре часа в сутки кто-то из вас постоянно стоит на страже. В чем тут дело?
Тупая скотина, подумал я, но вслух сдержанно ответил:
— У нас есть на то причины.
Алек кивнул.
— Вроде Жан-Люка Жарре? — спросил он. — Именно его вам надо обогнать?
— Гонка длинная, — ответил я. — Все может случиться.
Алек усмехнулся:
— Не честнее ли прямо сказать, что вы намерены свести с Жарре счеты?
— Организационному комитету регаты будет представлено мое заявление в свое время, — сказал я. — Я уверен в победе.
Встал Дуг:
— Теперь, если вопросов больше нет, прошу всех поднять бокалы с шампанским.
Когда мы спускались с подиума, он прошептал:
— Отлично. Они любят, когда команды соперничают.
— Только не я, — так же тихо ответил я. Он убрал волосы со лба:
— Ты слышал, что случилось с Мортом Салки?
— Да, — кивнул я. И подумал: стоит ли рассказывать ему, что я знаю о Морте Салки? Решил, что не стоит: он вложил в меня деньги своей компании,