Библиотека

Кровавый апельсин стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

с массивной тушей Эда, особенно когда он сопротивляется.

Тримаран тяжело вздрогнул: отвалившаяся мачта торцом ударила в корпус, подобно тарану. Под нами прошла еще одна волна, и я увидел в каких-нибудь двадцати ярдах взметнувшуюся белоснежную стену брызг. У нас оставался один-единственный шанс.

Я продолжал изо всех сил тащить Эда, но он уперся кулаком мне в плечо. Ничего не оставалось, как использовать его же силу. Я отпустил его и резко толкнул от себя. Как я и ожидал, он упал навзничь, зацепившись за фальшборт, и свалился в воду.

Гораздо проще оказаться в море с чьей-либо помощью, нежели решиться прыгнуть самому. Я набрал полные легкие воздуха и последовал за ним.

Вода оказалась настолько холодной, что перехватило дыхание. Футах в шести барахтался Эд. Я едва успел крикнуть, чтобы он плыл к берегу, как захлебнулся накрывшей меня волной. С трудом сбросив куртку и ботинки, и я поплыл, держась параллельно берегу и стараясь убраться подальше от смертельного кипения бурунов вокруг скал.

От этого заплыва в памяти остались только холод и огромные волны, несущиеся к берегу. Один раз, оказавшись на гребне, я попытался разглядеть Алана, но мне это не удалось. Зато я увидел черную пасть скал, в которой бурлила вода, покрытая пеной, словно белоснежной скатертью. На скалах, подобно гигантскому насекомому, пытающемуся выбраться из этой пены на сушу, что-то темнело. «Стрит Экспресс»...

Спустя некоторое время я приблизился к полосе прибоя и с вершины поднимавших меня волн мог уже разглядеть огоньки на берегу. Я страшно устал. В каких-то пятидесяти ярдах жители самой обычной деревушки спокойно почитывали «Санди пресс», но между ними и мной — гудящее и грохочущее белопенное пространство... Можно было разрыдаться от этакой несправедливости судьбы.

Я начал задыхаться; ноги онемели и почти не слушались. Я уже с трудом держался на плаву. Мощная волна подхватила меня и какое-то время несла на себе к берегу. Я прилагал последние усилия, чтобы удержаться на гребне, но не смог. Она накрыла меня, и наступил миг блаженства — ни ветра, ни грохота... Но волна ушла вперед, и мне показалось, что я попал в гигантскую стиральную машину, где перемешивались вода и песок. Я барахтался в пене, которая была слишком похожа на воду, чтобы дышать, но недостаточно — для того, чтобы держаться на ней. И начал тонуть. Шум и хаос уже пропадали куда-то, но следующая волна подхватила меня и кинула вперед... В этот момент ноги мои коснулись песка — блеснула надежда, которая превратилась в реальность: встав на четвереньки, я выполз на берег, который был покрыт клочьями пены.

Я полз, оставляя в плотном мокром песке глубокие следы. Лунки тут же заполнялись водой, и в них отражался свет уличных фонарей. Добравшись до великолепного сухого и теплого песка, я рухнул.

Чуть отлежавшись, я взглянул на светящиеся стрелки часов, с удивлением обнаружив, что с момента пробуждения в каюте «Экспресса» прошло всего лишь четверть часа. По моим ощущениям, прошла целая вечность.

Обернувшись, я разглядел у кромки прибоя плотную фигуру Эда, ползущего по белесым языкам пены. Чувствуя жуткую боль в ногах, я заставил себя встать. Кроме нас двоих, на пляже не было никого. Кое-как доковыляв до него, я спросил, не видел ли он

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.