Библиотека

Круги в пустоте стр. 22

Размер шрифта
-
+
Тема

важнее возмездия. Ну ты сам представь, даже если бы меня в отделении не послали на фиг, даже если бы я туда прибежал обмахиваясь всеми своими корочками, разве можно допрашивать ребенка в состоянии аффекта, тем более, эпилептика? Но вот сейчас настало время действовать.

— Это будет тяжело… — задумчиво протянул Дронин, намазывая масло на хлеб. — Это теперь только через инспекторов по «недоноскам», через их контакты…

— Коля, — терпеливо заговорил Виктор Михайлович, — я это понимаю. Поверь, вычислить ту пакость, что нагадила Маришке, тоже было непросто. Я даже думаю, что сложнее, потому что это не сопливые пацаны, а профессионал в своем роде.

Он не стал уточнять, что «пакость» была ведьмой в хрен знает каком поколении. Зачем? Коля ведь никогда не общался с потомственной ведьмой, и не надо ему.

Дронин судорожно вздохнул. Даже сейчас, спустя четыре года, вспоминать ту историю ему было больно. Слава Богу, — подумал Петрушко, — все тогда получилось, его жену вытянули в последний момент. Еще бы неделя-другая, и была бы четвертая стадия, на сто процентов неоперабельная. Но успели, темную печать сняли, и сейчас Марина уже приучает к горшку одно дитя, вынашивая при этом второе. Понятное дело, майор Дронин знал лишь то, что ему следовало знать. Он искренне был убежден, что Виктор Михайлович служит в ФСБ, занимаясь там загадочной стратегической аналитикой, о которой, само собой, распространяться не положено. А с Колиной проблемой справились, дескать, Петрушкины знакомые врачи-экстрасенсы, Гена с Ларисой. Ребята из ФСБ лишь сумели найти их по своим каналам и настроить на сотрудничество. Само собой, благодарность майора Дронина не знала границ, и этим Виктор Михайлович иногда по служебной надобности пользовался, так было проще и быстрее, чем задействовать «смежников» — федеральную Службу.

— Ладно, Виктор Михайлович, вы меня за советскую власть не убеждайте, я и так давно против. Сделаю все, что могу, и даже на три копейки больше. Завтра можно будет побеседовать с мальчиком?

— Думаю, что да, — кивнул Петрушко. — Завтра подъезжай часиков в двенадцать, лады?

— Заметано, — согласился Дронин, вставая из-за стола. — Поеду я, пожалуй. Тут еще прочих дел — кит не валялся…

— Может быть, кот? — уточнил Виктор Михайлович. — Или конь?

— Эх, если бы! — махнул рукой майор. — Именно что кит. Большой и толстый.

5

Электричество по его просьбе выключили, и комнату сейчас озаряли лишь свечи, вставленные в стилизованные под старину бронзовые подсвечники. Свечей было вполне достаточно, чтобы видеть лица друг друга, но слабые желтые огоньки не могли выгнать тьму, затаившуюся по углам. Плясали по стенам огромные тени, в воздухе плыл едва заметный приторный дымок, изредка раздавалось негромкое потрескивание.

— Не умеют у вас правильные свечи делать, — заметил он, откинувшись на спинку дивана. — И вообще много чего не умеют.

— Зато мы делаем ракеты, — усмехнулся хозяин. — Вы знаете, что такое «ракета»?

— Представьте себе, — он сухо кивнул. — У нас тоже есть ракеты. Запускают их в государевом дворце, по праздникам. Годовщина восхождения на престол, Солнцестояние, Умилостивление Воды… А железные иглы, протыкающие небесную твердь, мы не делаем. Это тупиковый путь, и вы когда-нибудь тоже это поймете.

— Да, разумеется, — согласился тщедушный хозяин. — Материальный космос ничто по сравнению с космосом внутренним, духовным, который раскрывается всякому взыскующему истины, не удовлетворяющемуся внешней стороной вещей…

— Да бросьте вы, — он

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.