Круги в пустоте стр. 24
переливалась хрустальными подвесками, сразу же съежилась и пропала тьма по углам, зато явила себя взору стильная обстановка гостиной — чешская мебель, персидский ковер, картины по стенам в тускло поблескивающих рамах.
Хозяин достал наконец бумажку с портретом Франклина и с сомнением протянул ее гостю. Тот, однако, взять купюру отказался, велев положить ее на стол. Потом велел хозяину прикрыть ее ладонью и медленно произнес нечто странное, нечто среднее между словами и мелодией. Рука хозяина дернулась, точно пронзенная иглой, и тот коротко вскрикнул.
— Больно? — Хайяар старался говорить участливо, хотя внутри его душил презрительный смех. Вот ведь обезьяна! Но, увы, нужная обезьяна.
— Не то слово, — боязливо подтвердил хозяин, массирую пострадавшую ладонь. — Это как током в двести двадцать садануть. И зачем?
— А вы на стол гляньте, — посоветовал он. — Там прибавилось счастья.
Действительно, вместо одной бумажки там лежало две. Совершенно одинаковые.
— Обратите внимание на номера, — добавил Хайяар. — Они различаются на единицу. В остальном — совершенно нормальная купюра. Вы теперь не сможете даже сказать, какая из них копия, а какая — оригинал. Никакой здешний банк не обнаружит фальшивку. И заметьте, копия не испарится, не превратится в нарзанную наклейку, как написано в одном мудром свитке вашего мира. Это, если выражаться по-вашему, настоящее дублирование вещественной структуры, с коррекцией. Ну, разве это не счастье?
Хозяин продолжал массировать ноющую руку.
— Не пытайтесь снять боль, — пришлось его предостеречь. — Не выйдет, это же ваша внутренняя боль, реакция на магию. Ну ничего, поболит и перестанет. Вы тут вообще, я давно уже заметил, придаете телесной боли преувеличенное значение. У нас с этим как-то проще. Хотя, конечно, с вашей точки зрения мы и грубые дикари, — он рассмеялся. — Теперь вы поняли, каким образом будет финансироваться наша с вами операция?
— Так просто? — присвистнул хозяин.
— Да, так просто и так больно, — подтвердил он. — Ладно, давайте сперва обсудим дело, а потом уж можно будет предаться изысканной беседе с вином и свечами. Итак, нам предстоят три этапа, каждый состоит из двух уравновешивающих перебросок. Пока еще неясно, сразу ли надо будет перемещать все количество… э… голов, или работаем по частям. Это зависит от места, которое вам еще предстоит найти и обустроить.
— Какое предполагается максимальное количество? — осторожно поинтересовался хозяин.
— Ну, на первом этапе, думаю, около тысячи, хотя лучше закладываться на полторы. Знаю, трудно, причем собрать контингент здесь, в вашем Круге, значительно сложнее, чем в Древесном. Там дикарей много, и с ними хотя бы понятно как работать. Про Оллар я вообще не говорю, оттуда придут неслучайные люди. Но вот здесь… Собственно, потому-то наш Тхаран
и обратился к вам, потому-то вы и в доле. Поверьте, зайди речь о десятке-другом человек, мы обошлись бы и своими силами. Но полторы-две тысячи… Тут уже необходимо ваша помощь. Теперь о счастье. Вы как предпочитаете, золотом или этими бумажками? — палец его брезгливо ткнул в безмятежную физиономию Франклина, политкорректно перенесшую такое обращение.
— Лучше бумажками, — решил хозяин. — С золотом могут возникнуть проблемы, обмен-криминал-«крыши». Мне говорили еще оттуда, с вашей стороны, что тысяча с головы. Врали?
— Нет, Тхаран не опускается до лжи и до крохоборства. Тем более, вы видели технологию. Нам так даже проще, бумагу легчу дублировать, нежели благородные металлы. Не столь болезненно.