Крысиный король стр. 182
выбрался из-под него. Дудочник снова приближался, размахивая флейтой, как дубинкой. Сол только успел чуть откатиться, закрывая лицо, и почувствовал сокрушительный удар по плечу. Он снова увернулся, и на этот раз удар пришелся на грудь, так что от боли перехватило дыхание.
Позади него вдоль стены ковылял Лоплоп, пробираясь ощупью, — лишившись слуха, он, похоже, вообще перестал что-либо воспринимать.
Дудочник схватил флейту двумя руками, сел на Сола сверху, прижав его руки коленями к полу, и занес над ним флейту, как ритуальный кинжал, готовый вогнать оружие в грудь Сола. Сол в ужасе заорал.
Лоплоп не переставал кричать, и теперь его голос сливался с голосом Сола, воздух вибрировал от диссонанса звуков. Как-то почувствовав эти вибрации, Лоплоп обернулся и пинком выбил у Дудочника флейту. Тот взревел от ярости и метнулся за ней. Лоплоп выдернул Сола у него из-под ног и поволок к окну. Лоплоп все кричал и кричал, запрыгивая на подоконник разбитого окна. Продолжая кричать, он схватил Сола правой рукой и шагнул в темноту.
Сквозь непрерывный вой Лоплопа Сол не слышал своих отчаянных воплей. Он закрыл глаза, ощутил дуновение ветра и стал ждать столкновения с землей, которое все не наступало. Тогда он чуть приоткрыл глаза и увидел мелькание огней. Они еще падали… единственное, что он слышал, это завывания Лоплопа.
Он открыл глаза до конца и понял, что грудь ему сдавил не ужас, а ноги Лоплопа, что земля несется не навстречу ему, а параллельно и что он не падает, а летит.
Он летел спиной вперед и не мог видеть Лоплопа. Ноги Предводителя птиц, такие изящные в костюме с Сэвил-роу, обхватили его под мышками. «Террагон» становился все меньше. Сол увидел тонкую фигуру во мраке отцовской квартиры, за рваным полиэтиленом, и ему показалось, что сквозь крик Лоплопа прорывается слабый свист.
В темноте Уилсдена деревья виделись неясными грязными пятнами; оттуда взвились голуби, воробьи и скворцы, разбуженные ото сна, не в силах противостоять чарам Дудочника. Какое-то время они кружились вихрем, как поднятый ветром столб мусора, а потом стали двигаться так четко и стремительно, будто траектория их движения была задана с математической точностью.
Они летели к Дудочнику отовсюду, со всех уголков неба, стремительно падали на его сутулые плечи и снова резко срывались, пытаясь лететь согласованно, унося по воздуху тело Дудочника.
— Этот ублюдок гонится за нами! — прохрипел Сол в испуге.
Он понимал, что Лоплоп не мог слышать его и только глухота не дает ему присоединиться к своим подданным и помочь им нести Дудочника.
Сол встревоженно подергивался в крепких объятиях Лоплопа. Внизу качались улицы. А они неуверенно болтались между небесами и стылой землей. Крики Лоплопа перешли в стоны; он стонал, чтобы облегчить боль. Вслед за ними вьющийся сгусток птиц тащил Дудочника. Когда одни птицы отставали, обессиленные, другие тут же занимали их место, выталкивая друг друга, вонзая когти в одежду и тело Дудочника, снова тянули во все стороны. Движение всей массы напоминало порывистый и неровный полет бабочки.
Дудочник настигал их.
Луна коротко блеснула на воде, далеко внизу показалась железная дорога. Лоплоп начал спускаться по спирали.
Сол подергал Лоплопа за ноги, крикнул, призывая лететь быстрее, но Лоплоп уже был близок к обмороку, он слышал только пронзительный