Кто-то просит прощения стр. 162
стояла конкретная задача, которую он считал элементарной, – честно ответил Александр. – И когда ситуация усложнилась, он стал просчитывать все возможные варианты. В том числе – этот. Но мы должны понимать, что Августу было абсолютно безразлично, в чьих руках оказалась Валентина. Август должен был вернуть девушку домой, а не расследовать сопутствующие преступления.
– Это мы понимаем.
– В таком случае, вы знаете, что сделал Август.
– Видеокамеры? – подал голос Сергей.
– Видеокамеры, – подтвердил Александр. – Август молился, чтобы преступник не тронул записи, и ему повезло.
– А почему ему повезло? – неожиданно спросила Дарья. – Почему преступник, имея возможность стереть данные видеокамер, не сделал этого?
– Полагаю, потому, что видео хранится не так долго, как сведения о пассажирах, – ответил Феликс. – Пока девчонку – или девчонок, хватятся; пока сообразят – если сообразят, что искать нужно именно в Иркутске, пройдёт масса времени и записи исчезнут сами собой, официальным, так сказать, образом. А в нашем случае, Август спохватился довольно быстро.
– Всё так, – кивнул Александр. – На то, чтобы изучить записи, ушло три дня. Наш парень знал расположение видеокамер и старался либо в них не попадаться, либо становиться так, чтобы его трудно было идентифицировать. Но Августа в первую очередь интересовал не он, а Валентина, а она не скрывалась. – Александр сделал ещё глоток вина. К салату он так и не притронулся. – Август засёк, в какую машину села девушка, и с помощью ещё одного своего друга «повёл» машину по городу. К сожалению, в какой-то момент автомобиль исчез из поля зрения видеокамер и дальше началась рутинная оперативная работа по определению района и дома.
– Почему не стал искать через машину? – поинтересовался Феликс.
– Август быстро узнал, что машина числилась в угоне.
– Как знакомо, – пробормотал Сергей.
Александр ответил дружеской улыбкой и притворным вздохом:
– Как выяснилось, в Иркутске опасно владеть хорошей иномаркой.
Сергею оставалось лишь покачать головой, удивляясь потрясающе вежливой и абсолютно не оскорбительной наглости Александра. Впрочем, он не знал здоровяка так хорошо, как Феликс, вот и удивлялся.
– Преступник сильно рисковал, – заметил Вербин. – Опасно ехать на похищение на угнанной машине.
– Хозяев не было в городе, так что об угоне заявили только на следующий день, в воскресенье, седьмого августа. Уже после того, как преступник использовал и бросил машину.
– То есть подготовка на высоте?
– Преступник очень старался.
– Но тем не менее, как я понимаю, Август справился с задачей и вычислил дом? – улыбнулась Дарья.
– Августа этому учили, – в тон ей ответил Александр. – И учили очень хорошо.
– Определив дом, Август провёл разведку?
– Август наблюдал за домом в течение нескольких часов и отправился внутрь лишь убедившись, что хозяин на месте.
– Август понимал, что он мог ошибиться? – неожиданно жёстко спросила следователь.
– Август был на сто процентов уверен, что не ошибается, – прежним тоном произнёс Александр, ничуть не смущённый резкостью Дарьи. – И как видите, не ошибся.
– Как Августу удалось незамеченным проникнуть в дом? Там всюду видеокамеры.
– С этим Августу повезло, – не стал скрывать Александр. – Хозяина дома отвлекли.
Вербин едва слышно выругался.
– Что было потом? – быстро спросила Дарья.
– Понятия не имею, – добродушно рассмеялся Александр. – На этом месте моя фантазия заканчивается и начинается ваша история. Если, конечно, вы захотите мне её рассказать.
Вполне логичное завершение рассказа: говорить о том, что произошло в подвале, Александр не станет даже под соусом «плода воображения». И никто не станет. Яковлев мёртв, дело закрыто.
– Что с девушкой? – отчеканила Дарья по-прежнему холодным тоном.
– Мне говорили, что с ней всё в порядке. Физически. – Александр выдержал короткую паузу и грустно улыбнулся: – Психологическая помощь ей будет требоваться ещё очень долго, но я хочу верить, что Валентина справится. Хотя досталось ей крепко.
И было очевидно, что он не играет, а в самом деле искренне сочувствует несчастной девочке, чудом вырвавшейся из лап серийного убийцы. И ещё было очевидно, что Александр не раскаивается ни в одном своём поступке.
Правильно ли это? Ответа на этот вопрос у Феликса не было. Он знал только то, что небеса – грязные, и многие считают, что ради их чистоты можно слегка запачкаться. Вербин это мнение не разделял, будь у него доказательства – без раздумий использовал бы их против Александра, но ответа на вопрос, правильно ли поступил питерский франт, у него не было. Потому что помнил, с каким выражением