Библиотека

Кто твой враг стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

но в гостинице запамятовали, — сказал Эрнст.

— Насмешил. В гостинице, говоришь?

Эрнст помогал разгружать ящики до девяти, к этому времени два подживших пореза на руках снова стали кровоточить, спину ломило, после чего ему пришлось еще полчаса слоняться у кафе — ждать, когда мсье Кресп соизволит заплатить. Солнце светило вовсю, день обещал быть знойным. Эрнст отправился на Gare St. Lazare, выпил чашку кофе в одном из фургонов, прошел к туалетам, снял кабинку, посидел, съел два апельсина и банан, прочитал рассказ Киплинга в немецком переводе. Ненадолго соснул. Во сне он снова оказался на черном рынке на Потсдаммерштрассе. И снова американский солдат, которого он накануне обжулил, возвращался, уже протрезвев, к тому же с двумя дружками. И он снова лишался ножа, нейлоновых чулок и вдобавок трех зубов. Сон стал размываться; Эрнст проснулся весь в поту. Помылся, побрился. Но все равно было еще слишком рано. Поезд, приуроченный к прибытию парохода, приходил лишь через двадцать восемь минут. Эрнст расположился на скамье напротив девятого пути, пересчитал деньги. Семьсот двадцать франков. На такие деньги до Дьеппа не добраться. И в Лондон с такими деньгами нечего соваться.

Он заснул. И снова сидел на кровати — ждал, когда вернется Нэнси. И снова раздался не звук шагов хорошенькой худышки, а вой сирен

военной полиции. К счастью, окно выходило на крышу внутреннего дворика. С нее он спрыгнет в сад — и поминай как звали. Но когда он потянулся поднять окно, кто-то схватил его за шиворот. Это был Ники — в руке горлышко пивной бутылки, лицо бешеное.

— Сукин ты сын. Для начала украл бумажник Фрэнка, поссорил меня с лучшим другом, а теперь…

— Ты не понимаешь…

— …теперь забрался сюда, чтобы воровать.

Еще минута, подумал Эрнст, и сюда ворвется полиция.

— Отвали. Я уйду через окно.

Эрнст снова рванулся к окну, но Ники занес бутылочное горло, бросился на него. Эрнст попытался осилить его, но тут вдалеке завыла еще одна полицейская сирена, и он выхватил нож. Теперь Ники был для него только очередным противником, больше никем. Эрнст действовал быстро и собранно. Вспомнив, как поступают в таких случаях, снял с Ники наручные часы, забрал его документы, выбил окно стулом и выпрыгнул.

Эрнст бежал, бежал без передыху, пока не рухнул на мостовую в одном из проулков Швабинга, в висках стучало. Рука была в крови. Он сидел на мостовой, переводя дух, ничего не видя, когда же смог встать, его вырвало в канаву раз и еще раз.

На следующее утро и каждое утро с тех пор он пытался осмыслить, почему так получилось, но стоило ему оказаться одному в темноте — и никакие доводы не помогали. Каждую ночь ему являлся Ники, и он снова всаживал в него нож и снова убивал.

Эрнст вздрогнул, проснулся. В горле замер крик. Тяжело дыша, он утер лоб рукой.

Дождавшись поезда, Эрнст стал на пост в начале платформы — ждал, когда начнут выходить навьюченные багажом пассажиры. Американцы среди них встречались даже чаще, чем можно было надеяться, и в конце концов он наметил пассажира примерно одного с ним сложения. У американца, сгибающегося под тяжестью трех чемоданов, вид был потерянный. Эрнст поспешил к нему.

— Носильщика?

— Пожалуй, нет.

Но Эрнст уже

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.