Библиотека

Кто в тереме? стр. 130

Размер шрифта
-
+
Тема

смог!

– Там другое. Там я думал, он уже мертвый!

– Тогда кто был в больнице?

– Да Зварыкин же! Ему ведь вообще не проблема, он санитаром в травматологии работает, на первом этаже. А Гарик лежал на втором. У них там даже ключи общие, дежурные врачи и медсестры все время с этажа на этаж бегают – помогают друг другу, когда вызов к тяжелым, да к экстренным.

– Зварыкин вам это все сам рассказал?

– Ну да. Он как-то узнал, где меня искать. И потом несколько раз приходил. Проверял, наверное, не сбежал ли я. Обсуждал, как клад вывозить будем.

– Ну и как же?

– Ну я-то не мог, я в розыске. Зварыкин хотел сам устроиться сторожем. А если бы не вышло – подкатиться к музейной тетке. Гарик говорил, она одинокая. У старух сейчас мода – с молодыми жить.

Бедная Зоя Васильевна! Не ведала, какие сети плелись вокруг нее. Может, и не стоит ее посвящать – поберечь пожилые нервы?

…Зварыкин на очной ставке с Легостаевым сказал, хищно осклабившись:

– Сдал, крыса? Ничего, попомнишь! Что ж, думаешь, я твоего поганца не потяну за собой? Даже не мечтай! И он свое получит, и ты тоже! Ходи теперь и оглядывайся. Я выйду, я вам еще раздам, всем сестрам – по серьгам!

* * *

Когда Легостаев обнаружил сундуки, он решил до времени не посвящать крестника в происходящее, и уж тем более – в историю с Гариком. Ну, а когда пришлось, так сказать, уйти в подполье, затаиться, то позвонил, предупредил, чтобы встреч пока не искал и сам не звонил.

Ленька встревожился, пристал с расспросами. Виктор не удержался и намекнул крестнику на грядущие счастливые перемены в их жизни, но предупредил, чтоб тот помалкивал.

– Я сам проявлюсь, когда время придет. Продадим свои хибары, уедем куда-нибудь на юг, к морю. Купим коттедж, будем жить припеваючи! Девчонок там симпатичных уйма, а хочешь – отсюда какую-нибудь козочку с собой возьми. Только путевую, не дуру и не лахудру какую-нибудь ленивую, чтобы дом вела!

Ленька как-то обмолвился, что недавно познакомился с медсестричкой из нейрохирургии, из сельских.

Вот только Зварыкин знал, где он укрывается. Потом, когда Гарика каким-то чудом нашли, и выходили, и даже перевели из реанимации в послеоперационную палату – Зварыкин явился к Легостаеву чернее тучи.

– Хана тебе! – сказал. – Херсонский на поправку пошел.

– Почему это мне? А тебе? – позеленел Витек.

– Потому что это ты его, а я только тащить помогал. За сокрытие много не дают!

– Как это – я? Ты совсем оборзел? Да иди ты знаешь, куда? Если возьмут, тоже молчать не буду!

– А мне плевать. Твое слово против моего, свидетелей нет. У тебя мотив, ты про клад хотел смолчать. А у меня – подумаешь, жена изменила сто лет назад! Я что ж, из мести его решил убить? Не смеши людей, кто в такое поверит! А вот ты – сумеешь отбрехаться?

У Виктора челюсть отвалилась:

– Ах ты гад!

Зварыкин захохотал и предусмотрительно выставил левое плечо вперед, чтобы боксерским ударом встретить Легостаева, если надумает кинуться.

– Хочешь жить – умей вертеться. Но выход есть. Крестник твой. Уж не знаю, что в нем девки находят. Срочно пусть знакомится с какой-нибудь санитаркой из нашего

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.