Библиотека

Куколка. Сделано из отходов. Умирать подано стр. 526

Размер шрифта
-
+
Тема

что раскаяние близко и можно погладить юношу по бритому затылку, прочитать лекцию на тему эластичной совести, предложить чайку и даже утереть сопли.

Полтора часа назад, когда Илья заталкивал в шкаф двадцать три тома оперативно-поискового дела по убийству Салтыкова, собираясь отчалить в отпуск, в «красный уголок» ворвался отделенческий дежурный и стеснительно сообщил, что в Бесстыжевском переулке стрельба, стрелок задержан, раненый отправлен в больницу. И не мог бы Виригин поработать с задержанным, потому что Плахов на приеме у начальника, а другие оперативные уполномоченные на местах отсутствуют.

Виригин, как отпетый опер, тут же забыл про отпуск, тем более что стрелок задержан. Затолкав в спешном порядке свои секретные труды в Шкаф, хранивший когда-то полное собрание сочинений вождя, он ринулся за дежурным и уже через минуту общался с привезенным «киллер-сюрпризом», выгнав любопытных. Не фиг тут шоу устраивать. Прокуратура выехала на место происшествия для осмотра, и часа полтора у Ильи было, правда, не чистого времени. Начальство всех мастей будет беспокоить с интервалом в пять минут и требовать обстоятельного доклада, чтобы организовать работу, а посему Илья приступил к дознанию немедленно, без вступительного слова о чистосердечном признании.

Шкрабов же, как человек честный, но в тонкостях уголовного права не разбирающийся, решил, что признание – вещь не принципиальная и даже где-то необязательная. Киллер был прекрасен в своем устном творчестве, словно былинный сказитель. Разве что без гуслей.

Виригин терпеливо выслушал повесть о белом бычке и превратностях его судьбы. Про то, как в скверике гуляющий Шкрабов нечаянно подобрал дьявольскую игрушку, нечаянно передернул затвор и еще более нечаянно нажал на крючок. И нет его вины, что выстрелил пистолет и попала пуля в неизвестного сказителю человека. Не разбирается Шкрабов в пистолетах по причине стойкого пацифизма.

Выслушав, Илья закатал былинщику справа.

Былинщик замкнулся в обиде, но после второй оплеухи разомкнулся и попросил воды.

– А разве можно бить людей? – с тревогой в голосе спросил он, выпив первый стакан.

– Тебя – можно, – коротко ответил Виригин. Шкрабов опять попросил воды и уголовный кодекс.

Выплакавшись, он заявил, что готов к деловому разговору, и уточнил, не будет ли ему послаблений в случае чистосердечной правды. И где там адвокат?

Адвоката ждать долго, а у меня котлеты стынут, – сказал на это Виригин и снял часы.

– Да, да, я все понял.

Опустив историю своей тусклой жизни, Шкрабов в спешном порядке геройски вломил журналиста Карасева вместе с его грандиозным замыслом.

– Скажите, он жив? – по завершении влома спросил стрелок.

– Не знаю, не знаю, но показания дать успел. – Виригин действительно не знал о состоянии Карасева. – Поэтому вот ручка, вот бумага, и быстренько за работу. Все то же самое, только в письменном виде. Скидка срока на десять процентов, как при сезонной распродаже. Вперед. Есть время разбрасывать камни, а есть не разбрасывать.

Оставив киллера наедине с мыслями, Илья переместился в дежурную часть для доклада о предварительных успехах в раскрытии.

– А что «терпила»? Будет жить?

– Конечно, будет. Только стоя. Помощник оторвал голову от газеты.

– Мужики, кончайте ямбом крыть. Что, Шекспиры?

– Молчи, глупец. Илья, меня начальство разрывает, что там?

– Неосторожное обращение с оружием. Один У другого ствол покупал, испытывали, ну и… Этот наш припух и в бега.

– Тьфу, я-то так

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.