Куколка. Сделано из отходов. Умирать подано стр. 542
лестницу проверим. Если хлопцев нет еще – присмотрим, где сесть.
– Опять ждать, что ли? У меня развод. Первый раз вовремя на работу пришел, а опять по дыне получу!
– Да не ной ты! Разведут тебя еще, и неоднократно.
Плахов осторожно выглянул из-за угла и осмотрел пятиэтажку. Силуэтов в окнах центральной лестницы не заметил. Но это ничего не значило – окна отражали дневной свет, как зеркала.
– Все, давай. – Игорь вытащил пистолет, передернул затвор. – Сыграем партейку в пэйнт-бол.
Он подмигнул участковому и устремился обратно – вокруг дома. Телегин побежал в противоположную сторону.
Участковый достиг цели раньше – правая сторона дома находилась ближе. Он остановился на углу чекулаевской пятиэтажки, заметил Игоря, входящего с другой стороны во двор, а затем под окнами первого этажа прошмыгнул в парадную. Подъем по лестнице занял минут пять – Димыч слишком много сил отдал бегу. Вход на крышу был закрыт решетчатой дверью с замком. Телегин толкнул другую дверь – маленькую, обшитую железом, ведущую на чердак. Дверь тяжело пошла вперед, и, согнувшись, участковый перешагнул через порог. Кряхтя, сопя и ругаясь, он пересек низкий чердак.
Трах! Телегин вздрогнул и выпрямился, стукнувшись головой о балку. Звук породила потревоженная кошка, спрыгнув с балки на куски старых водопроводных труб, разбросанных по чердаку.
– Тьфу, дура серая!
Здесь оказалось темнее, зарешеченного окошечка не было, пришлось пробираться на ощупь. Наконец Телегин достиг дверцы следующей лестницы. Потянул за ручку. Словно и не тянул. Дверь то ли намертво забили гвоздями, то ли просто заперли на надежный замок. Делать нечего, придется возвращаться.
Чердак в доме был устроен по-идиотски, делился стенами, как корабль, на отсеки, и в каждой перегородке было по две двери – с левой стороны и с правой.
Плахову эта особенность конструкции не помешала. Все двери на его стороне оказались открытыми. Он гораздо быстрее Телегина преодолел полосу препятствий и уже стоял перед дверцей на заветную лестницу, когда участковый только залезал в последний чердачный проем.
Плахов вытер о брюки взмокшую ладонь и покрепче сжал пистолет. Аккуратно, как можно тише, потянул дверь на себя. Тихо открыть не удалось, дверь заскрипела, как старый диван. Понимая, что шухариться не имеет смысла, он дернул за ручку и выпрыгнул из темноты на светлую лестничную площадку. «Ну вот я и в „Хопре“…»
Внизу, на фоне яркого оконного проема, стояли двое.
ГЛАВА 20– Я жду вас; друзья, постарайтесь не затягивать процедуру. И посмотрите в тумбочке вдруг чего лежит.
Мухаев толкнул дверь микроавтобуса и засек время. Рабочий день в больнице уже закончился, персонала минимум, да и тот сонный.
Друзья
– пара глобусообразных юношей и миловидная дама с крашеными волосами по кличке «Белоснежка» – уверенным шагом направились сторону больницы. Глобус нес складные носилки, Глобус-2 – пакет с халатами.
– Люди в белых халатах у постели склонились моей… – пропел Мухаев и принялся ждать.
Задача у троицы была не самая сложная – притащить этого недоделанного Карасева, чтобы тут доделать. Белоснежка вколет дозу, а санитары доставят груз к цели. Бойцов отряда милиции особого назначения отозвали от больного в приказном порядке – не без причастности Руслана Григорьевича, – поэтому никаких препятствий на пути санитаров не возникнет. Могут, конечно, сидеть родственники и прочий посторонний контингент, но