Библиотека

Курск и Белгород. Дуга столетий стр. 368

Размер шрифта
-
+
Тема

утверждает, что отец Евгений – брат по полку, Родине, народу, счастью и беде: «Мы дальше тоже будем братья. Работать будем». Иса рассказал и о подвиге самих суджан – как те обрезали провода на заминированных оккупантами мостах, а один местный житель ликвидировал двух вэсэушников.

Свидетельствует российский военнослужащий, с позывным «Имам»: «По словам местных жителей, оккупанты продавали «туры» в Суджу – обокрасть тот или иной дом, указывали адреса, подыскивали хорошие дома». О мародёрстве вооружённых бандеровцев-нацистов мы хорошо знаем по Донбассу. На Курской земле к грабежу присоединились «мирные» укроселюки: купил «тур» в Суджу в конкретный дом, и ройся в чужом белье, забирай всё. Им нравится. Подписчики канала «Фронтовая птичка» обнаружили на одном вражеском маркетплейсе уйму ювелирных изделий и предметов быта, которые боевики ВСУ награбили в Курской области.

Нередко в окрестностях Суджи нашим бойцам встречались сгоревшие гражданские автомобили с убитыми мирными жителями внутри. В освобожденном от фашистов селе Русское Поречье были найдены убитые мирные со следами пыток и связанными за спиной руками.

Суджанец Богдан Белобров как мог поделился впечатлениями о зверствах ВСУ и наемников в отношении женщин и детей: «Поначалу грузины, может, наемники были. Грозились всех расстрелять. Ездили, ломали гаражи нам, воровали все подряд. Один то ли пьяный, то ли накурившийся проговорился: “Детей – на органы, женщин – сами знаете куда”».

Суджанка Валентина Климова была вынуждена похоронить убитого мужа на клубничной грядке. Она попросила прощения у родных и поблагодарила волонтеров за помощь, но дом и место, где похоронен супруг, покинуть не согласилась. «Пережили фашистов – теперь ничего не страшно».

Небесные письмена Татьяны Сергеевны Васьковой

Никого не оставили равнодушными записи Татьяны Васьковой, которые были найдены военными в селе Мартыновка, – пенсионерка не захотела покидать родной дом после вторжения оккупантов. На столе Татьяны Сергеевны остались лишь градусник и старые фотографии – родственники, дочь Лена, которой старушка каждый день писала трогательные письма до востребования.

«Предсмертный дневник» Татьяны Сергеевны Васьковой из оккупированной курской Мартыновки вызвал слёзы даже у бойцов. Девять страниц описаний каждого последнего дня – голода, холода, отчаяния, ожидания смерти под оккупацией.

Мы не забыли и другие девять страниц – всемирно известный дневник Тани Савичевой из блокадного Ленинграда. «Умерли все» – последняя запись Тани. Её тёзка Татьяна Сергеевна Васькова, 25.07.1947 года рождения, через восемь десятилетий после снятия блокады, после Победы, стала вести трагические записи – с 10 октября 2024 г., на третий месяц бандеровской оккупации, оставаясь уже 12 дней без еды.

В эти же дни медленно угасла пожилая пара соседей.

Находясь, «как в одиночной камере», при температуре три градуса, женщина куталась во всю оставшуюся в доме одежду, спала под кроватью в надежде спрятаться от прилетов. Судя по записям, голод сводил её с ума, мысли путались. «Витька и Валька с собой не взяли», но Татьяна Сергеевна винит во всем себя. И просит похоронить «хотя бы её косточку», если найдут. Последняя запись: «Теперь одна, сердце болит, но не останавливается».

Печатная версия (в оригинале) фрагментов дневника Татьяны Сергеевны опубликована в телеграм-канале уральского политтехнолога добровольца СВО П. Маматова:

«…Дождь, холодно, в веранде протекло, где одежда висит. Они пришли на Суджу. Готовились, а наши нет. И захватили Суджу и весь район. Наши за 5 км от нас в сторону
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.