Квартирный вопрос (сборник) стр. 240
(Петров). Другой спецназовец носился по комнате с трубой зенитной фузеи на плече.
«Я здесь лишний», — безучастно подумал Сема, поднял с пола табурет и присел у целого окна, подперев голову ладонью.
Штурмовик пошел на второй заход, но тут бабахнуло и к самолету, прочертив дымный след, унеслась ракета. Сержанты радостно взревели, когда штурмовик, дымя мотором, пошел со снижением куда-то в сторону сквера. Летчик на парашюте опустился во двор дома, где его сразу окружила толпа и принялась азартно колошматить.
— Э, а ну брысь! Налетели, стервятники! — проревел сержант и дал очередь из пулемета.
Банда наследников попряталась в окопах, а летчик собрал парашют под мышку и поковылял к автобусной остановке.
— Озверели совсем! — весело сказал сержант, отряхивая пыль с бронежилета. — Толпой на одного. Это некрасиво.
Как только туман рассеялся, стали видны масштабы ущерба. Одна ракета разворотила половину стены спальни. Другая вынесла окно гостиной, но не взорвалась, а пробила пол и упала к соседям вниз.
— Пока терпимо, — обнадежил Петров (Иванов). — Пробоины заложим мешками с песком, в спальне поставим растяжки — на случай если с крыши полезут.
Сема заглянул в дыру под ногами. Внизу женщина в халате подметала веником бетонное крошево, мужик в трусах и майке, кряхтя, тянул за хвостовое оперение болванку ракеты.
— Здрасьте! —
сказал Сема.
— А, сосед! Привет! — поднял голову мужик. — В наследство вступаем?
— Ага.
— Дело хорошее. Удачи! Главное — не сробей!
— Спасибо, я постараюсь.
До обеда все было спокойно. Потом начался штурм. Банды наследников перешли в крупномасштабное наступление. Гранатометными выстрелами выбило еще два окна. Спецназовцы отстреливались, перебегая из комнаты в комнату, постоянно меняя позицию. Сема, зачисленный в тактический резерв, помогал по мере возможности. Оскальзываясь на стреляных гильзах, таскал мешки с песком, подносил боеприпасы, снаряжал магазины. Взяв автомат, он и сам периодически постреливал по врагам, а когда неожиданно меткой очередью разогнал минометный расчет, удостоился одобрительного кивка сержанта.
Незаметно для себя Сема втянулся, даже почувствовал некий задор. «Все преодолимо, — повторял он про себя слова Моцека Карловича. — Главное, стоять на своем. Плюс прямота и открытость».
Выходя из ванной с ящиком патронов в руках, Сема неожиданно встретил незнакомых типов зловещей наружности. В прихожей на него хищно оскалились два небритых мужика в банданах и рваных тельняшках. В руках злодеи сжимали кривые малайские кинжалы. «Замок отмычкой взломали!» — похолодел Сема, заметив распахнутую настежь дверь.
— На абордаж! — завопили мужики, потрясая ножиками.
Сема тоже крикнул что-то невразумительное и, набычившись, ринулся на врагов. Первого он сшиб ударом головой в грудь, второго смел одним взмахом ящика с патронами. Остервенело рыча, Сема пинками выгнал врагов из квартиры и закрыл дверь на швабру для надежности.
— Мужик, а ты крут, оказывается! — одобрительно улыбались подошедшие сержанты.
— Пустяки, — пожал плечами тот, — это было нетрудно!
К десяти часам вечера штурм прекратился.
— Участковый подействовал! — злорадствовал Сема. — Штрафов боятся, сволочи!
Несмотря на усталость, он чувствовал необычайный душевный подъем.
— Штрафы штрафами, — заметил сержант, — а подежурить ночью придется. Лестницу мы заминировали, но бдительность все равно не помешает.
— Я в деле, — небрежно сказал Сема. — Когда заступать?
Сержанты дружно храпели. Из развороченных оконных проемов струилась ночная прохлада. Пороховая гарь выветрилась, и сквознячок разносил по квартире запах листвы и приближающейся осени. На улице поминутно с шипением взмывали осветительные ракеты,