Ледяной ветер Суоми стр. 49
план по конверсии рублей, он хмуро сунул его в бюро и буркнул… так?
– Так.
– …буркнул, что денег пока нет, реализация плана откладывается.
– А почему, не объяснил?
Клэс приосанился:
– Я понял, что могу спросить, и спросил. Мол, как долго ждать? Я с банками уже договорился, потеряю лицо, если сделка сорвется. Шеф ответил: человек нас подвел, но его уже ищут и скоро найдут. Пусть банки потерпят неделю-другую.
– Неделю-другую… – повторил сыщик. – Это большая удача. Ценнейшая информация, благодарю. У меня есть возможность платить вам за столь важные сведения отдельно. Примите, пожалуйста.
Он полез в бумажник и извлек сотенный билет:
– Вот. Расписки не надо, это из сыскного кредита Департамента полиции.
Расписка на самом деле была нужна – Джунковский подозревал всех сыщиков в том, что они жируют на секретные фонды, и ел их поедом. Но Лыкову казалось неудобным требовать бумагу от идейного агента.
Освед, немного смутившись, убрал деньги в кошелек. Опять повисла неловкая пауза, но сыщик быстро ее пресек:
– Значит, я был прав. Воймисты наняли бандита для отъема краденых средств. Сами мараться не захотели – и поплатились. Он убил Раутапяя, забрал деньги и сбежал с ними.
– Видимо, так и было.
– Да, но как сказать об этом полиции? Мол, я выяснил, что вор у вора дубинку украл, политики тут нет, давайте его поймаем. Кетола тут же меня спросит: а откуда такие сведения? Что я ему отвечу?
Лииканен встал, прошелся по комнате, потом стал барабанить по стене. Он думал. И резюмировал так:
– Не знаю.
Мужчины долго молчали, каждый искал выход и не находил хорошего решения. Наконец Лыков предложил:
– Я могу сослаться на контрразведку Двадцать второго корпуса. У них есть свои источники информации, пусть и плохонькие. Как вам?
– Наша контрразведка станет искать их источники и выйдет на меня.
– М-да… А если…
Тут финн перебил русского:
– Алексей Николаевич! Если вы хотите сохранить полезного для России агента, то лучше меня в это дело не впутывайте. Безопасного способа нет, и кончится все моим провалом. Так по-вашему? Вот. А у меня есть важные сведения для русского командования. И лучше сообщите их Свечину, а не Ерандакову – Александр Андреевич умнее.
Статский советник опять полез за блокнотом:
– Важные сведения? Я весь внимание.
Клэс подобрался, как перед прыжком, набрал в грудь воздуха и заговорил:
– Верхушка «Союза свободы» приняла секретное решение. Там согласны, что скоро начнется война России с Германией и Австро-Венгрией, и это шанс на независимость для Суоми.
Лыков напряженно слушал, он сразу понял, что узнает сейчас что-то важное. Намного более важное, чем то, где скрывается убийца кассира.
– Лидеры сепаратистов готовы объединиться, – продолжил освед. – И у них зародилась опасная идея. Предложено организовать тайную пересылку молодых людей – имеется в виду, из числа патриотов – в Германию и Швецию. Там они поступят на службу в местные армейские части и получат начальное военное образование.
– Для чего? – спросил сыщик, вспомнив, что о том же самом ему говорил в Петербурге барон Таубе.
– Они составят кадр будущей финской армии. Когда пробьет час.
– А когда он пробьет? – насупился русский.
– Когда ваша армия начнет терпеть поражение на полях войны.
– А если не начнет? Если мы победим на полях войны?
Лииканен едва заметно улыбнулся:
– Это маловероятно.
– Отчего вы так думаете? После японского позора