Библиотека

Ледяной ветер Суоми стр. 48

Размер шрифта
-
+
Тема

финских лошадей вы скоро потеряете, если Военное министерство не изменит свои привычки.

Лыков выслушал нарекания агента, не вступая с ним в спор. Слова «ваши» и «наши» резали ему ухо, хотелось спросить: а сам-то ты чей? Но это было бы бестактно. А финн, закончив доклад про лошадей, вынул из стола клочок бумаги:

– Вот документ, который мне удалось переписать. Он лежал на столе у председателя гельсингфорсского отделения «Союза свободы» Каарло Тиландера. Не понимаю, что это и насколько важно, однако бумага секретная. Тиландер аж дрожал, когда получил ее от Риекки.

Перехватив вопросительный взгляд сыщика, Клэс пояснил:

– Эско Риекки – студент Александровского университета. Народ там… как по-вашему? Бедовый. То есть все большие патриоты, спят и видят, как бы им провозгласить независимость Суоми. Три тысячи мужчин и семьсот женщин думают примерно одинаково. Эско один из самых активных и умных. Растет ваш опасный враг, берите его на заметку. Он неофициальный вожак корпорации студентов Южной Остроботнии, наиболее русофобской. У Риекки способности к ведению разведки, и он установил связь с каким-то болтливым, а может и продажным, русским офицером. Из штаба!

– Какого штаба? – встрепенулся Лыков. – Штаба Двадцать второго армейского корпуса?

– Этого я не знаю и спрашивать не буду, уж не обессудьте, – недовольно ответил Лииканен. – Случайно увидел и переписал. Смотрите. Я перевел на русский, там было по-фински.

Алексей Николаевич разгладил клочок бумаги. На нем было написано: «Офицеров дополнительно 11 592, нижних чинов 468 200. 26 новых кавалерийских полков. Корпусы получают плюсом к прежней артиллерии еще батарею 122-мм пушек и батарею 107-мм пушек. Дополнительно 28 авиаотрядов, 2 воздухоплавательные роты и 2 авиашколы».

– Что это, по-вашему? – спросил агент.

– Не знаю, но что-то важное. Спасибо. Покажу генералу Новикову, он разберется.

Лыков переписал цифры в блокнот, и Клэс тут же сжег бумагу, написанную своей рукой. А статский советник уже начал догадываться, откуда были взяты эти цифры, но промолчал. Он заговорил о другом:

– К вам еще одна просьба…

– Говорите без обиняков

– поручение, – отмахнулся финн. – Я уже привык, притом состою у вас на жалованье.

– Вы идейный сотрудник, – возразил русский. – Такие самые редкие и ценные. Так вот, я веду дознание о краже денег из Русского для внешней торговли банка…

И он рассказал осведу ход дела. Закончил тем, что комиссар Кетола отказал ему в сотрудничестве.

– Вот такая история приключилась в вашем городе. Поэтому просьба или, если угодно, поручение: попытаться выяснить, что там на самом деле произошло. Активисты убили вора или это сделал преступник? И передал ли он средства партии или сбежал с ними? Если заниматься этим вопросом для вас опасно, я отменю свое поручение.

Лииканен слушал сыщика, и его брови сходились под все более острым углом. Под конец рассказа он выглядел расстроенным. И вдруг заявил:

– Я прямо сейчас готов вам ответить.

– Даже так? Слушаю.

– Упомянутый Каарло Тиландер, мой начальник, неделю назад вызвал меня и сообщил: союз скоро получит большую сумму в русских рублях. И надо разделить их на партии, чтобы поменять на финские марки в разных банках, не привлекая внимания.

– Ух ты!

– Я спросил, насколько велика сумма, и Каарло ответил: почти триста тысяч.

– Мои! – стукнул себя кулаком по колену Алексей Николаевич. – Мои!

Финн дал ему порадоваться и продолжил:

– А вчера, когда я принес Тиландеру

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.