Библиотека

Ледяные руки стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

передать мне в соответствии с последующими инструкциями.

— Минуточку, минуточку, — перебил Мейсон. — Вы сами приобрели эти билеты?

— Да.

— Разрешите узнать, вы играете на бегах постоянно или это нечто исключительное?

— Я третий раз в жизни заключаю пари, то есть пари таких размеров. Бывало… я иногда делала ставки по два-три доллара. — Тут она потупила взор. — Через букмекеров.

— Как вы находили букмекеров? — поинтересовался Мейсон.

— В учреждении, где я служила, работал молодой человек, он знал, где заключают пари. Иногда мы кооперировались, а иногда я… сама делала ставку.

— Не больше двух долларов?

— Не больше.

— Вы, по-видимому, располагали оперативной информацией об этой лошади? — спросил Мейсон.

— А какая разница?

— Никакой, когда получаешь деньги. Но я пытаюсь представить полную картину происходящего, чтобы иметь возможность обеспечить защиту вам и… буду честен до конца, самому себе.

— Нет ни малейшей нужды в защите, вы никого не должны защищать, ни меня, ни себя, — возразила мисс Бикнелл. — Все, что от вас требуется, это подойти к окошку завтра пополудни — оно зарезервировано для оплаты выигрышей по забегам предыдущего дня — предъявить талоны, получить деньги и ждать моих указаний.

— А если лошадь проиграла? — спросил Мейсон.

— Тогда вам не придется ехать на ипподром, — улыбнулась Одри Бикнелл.

— По-видимому, вы твердо убеждены, что лошадь выиграет или уже выиграла.

— Естественно, я не

поставила бы на лошадь, если бы полагала, что она проиграет. Но вы глубоко заблуждаетесь, если думаете, что я получаю информацию заранее. Я выбираю лошадей интуитивно, главным образом, по кличкам. Останавливаю выбор на приятно звучащем имени, которое как бы подсказывает, что лошадь выложит все силы ради победы.

— Ладно, — сказал Мейсон. — Еще несколько вопросов. Ради пари вам пришлось побывать на ипподроме?

Поколебавшись секунду-другую, она ответила:

— Совершенно верно.

— И сейчас не имеете ни малейшего представления, выиграла лошадь или проиграла?

— Да.

— И покинули ипподром до того, как начались бега?

Опять она заколебалась и опять ответила:

— Да.

— Но при таких ставках ваша лошадь могла рассчитывать, увы, на самые последние места.

— Допускаю, что так. Мистер Мейсон, мы топчемся вокруг прописных истин. Неужели нужно отнимать у меня на это время? Разве трудно принять факты как данность? Что есть — то есть.

— Мне хотелось поделиться с вами своими сомнениями, — сказал Мейсон. — И я намерен задать еще один вопрос: почему вы ушли с ипподрома до забега? Заключив столь дерзкое пари, вы сожгли за собой мосты. Кинулись сломя голову в отчаянную игру, пошли на отчаянный риск — даже если допустить, что имели достоверную информацию. И, конечно же, выигрыш значит для вас очень много.

— Отнеситесь и к этому как к данности.

— Так почему вы ушли с бегов?

— В конце концов, — заявила она, — у меня сейчас нет возможности обсуждать эти проблемы. Я обращаюсь к вам с просьбой выступить в роли моего представителя. Я хочу, чтоб вы получили за меня деньги. Вот — вношу двадцать долларов задатка. Если лошадь победила, я оплачу ваше время: поездка на ипподром, обмен этих бумажек на деньги. Если лошадь проиграла, вам ничего не придется делать. Бросьте бумажки в мусорный ящик. Двадцать долларов останутся в качестве возмещения за двадцать минут нашей беседы.

— Как найти вас, если я получу деньги? — спросил Мейсон.

— Я сама вас найду.

— Когда?

— Завтра. По какому номеру вам позвонить?

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.