Легенда о Юньси. Книга 1 стр. 178
счастлива, что не могла усидеть на месте и впереди всех бросилась в покои сына. Видя, как она встревожена, лекарь быстро добавил:
– Пожалуйста, не спешите. Ступайте аккуратно, чтобы не упасть.
– Мы ждали столько лет, что сейчас просто не можем медлить! Я так мечтала об этом дне! Не сомневалась, что с сыном все будет хорошо!
– Я так и знала, что Хань Цунъань неправильно поставил диагноз! Разве мог Тяньмо страдать от такого постыдного недуга? – внезапно вмешалась вдовствующая императрица.
Две женщины были так счастливы, что, позабыв о приличиях, бросились в комнату принца. Император Тяньхуэй стрелой последовал за ними. Только лекарь Хань, ошеломленный услышанным, упал на землю. Единственным, кто спокойно перенес известие о выздоровлении принца, оказался Лун Фэйе. Взглянув на Гу Бэйюэ, все еще стоявшего у двери, он повернулся и зашагал прочь.
Комната была наполнена едким запахом крови и лекарств, но вошедшие, полностью поглощенные радостным событием, казалось, совсем этого не замечали. Хань Юньси уже успела собрать инструменты, оставив только чашку со снадобьем и окровавленную простынь. Лун Тяньмо спокойно лежал в постели, его некогда большой живот стал почти нормальным: сквозь повязки просматривалась обвисшая кожа, которая за все эти годы успела растянуться.
Императрица, не смутившись из-за окровавленной простыни, села на кровать и коснулась лица сына. Она была так взволнована, что от переживаний у нее перехватило дыхание.
– Он действительно исцелился? Правда?
– Все в порядке! В порядке! – как под гипнозом, повторяла вдовствующая императрица, уставившись на живот внука.
Только император Тяньхуэй, памятуя о положении при дворе, из последних сил сохранял спокойствие.
– Хань Юньси, все прошло успешно?
– Ваше высочество, как сказал придворный лекарь Гу, опухоли в животе принца больше нет. Как только действие анестезии закончится, он проснется. Я оставила три лекарства. Каждый вечер необходимо делать перевязку, тогда рана быстро заживет, – серьезно ответила она.
– Когда он должен очнуться?
Супруга императора и вдовствующая императрица, несмотря на крайнюю радость, все-таки услышали вопрос и тотчас взглянули на Хань Юньси. Конечно, она прекрасно понимала, что ее не отпустят, пока Лун Тяньмо не придет в себя.
– Примерно через один большой час, – честно ответила она.
– Принцесса Цинь, вам следует остаться в боковой комнате и отдохнуть, – велел император Тяньхуэй.
Хотя сейчас ее мнения не спрашивали, Хань Юньси не могла не отметить, что отношение к ней переменилось. Такое обращение подчеркивало, что правитель признал ее положение при дворе.
Хань Юньси очень хотела отдохнуть. Она многозначительно посмотрела на Гу Бэйюэ и уже собиралась последовать за дворцовой служанкой, когда снаружи раздался голос Хань Цунъаня:
– Принцесса Цинь, подождите!
На пороге показался отец. Волосы его были взъерошены. Поклонившись, он с беспокойством произнес:
– По моему скромному мнению, еще слишком рано делать выводы о состоянии наследного принца.
Конечно, лекарь Хань не мог отрицать, что живот Лун Тяньмо исчез, однако не должен был и слепо соглашаться с мнением дочери. В конце концов, на кону стояла не только репутация, но и жизнь!
Сейчас, пока все собрались в комнате наследного принца, где не присутствовали посторонние, император тоже хотел услышать правду о болезни сына. Он махнул рукой, подавая служанке знак удалиться.
Глава 68
Наказание трех кланов
Хань Цунъаню не терпелось узнать о состоянии принца, но император не спешил с решением. Вместо