Библиотека

Ленинград действует. Книга 2 стр. 252

Размер шрифта
-
+
Тема

Окутанный дымом, фонтанирующей от разрывов бомб водою, порой совершенно скрываясь, пароход «Никулясы» непрерывно бил по самолетам из пушек и пулеметов. Капитан парохода «No 8» Бабошин вновь и вновь увертывался от сбрасываемых на него бомб. Четыре бомбы разорвались вокруг парохода почти од новременно, обдав его водой и осколками. Кочегар Павлов без страха бегал по палубе и, задрав голову, кричал:

– Вон, вон, самолет слева! А вон пикирует справа, сейчас пустит бомбу!

Шестидесятилетний механик Терентьев стоял безотлучно в машине, выполняя приказания капитана. После каждой серии бомб команда выскакивала из кают и, удостоверившись, что пароход не тонет, снова пряталась по каютам. Жена капитана, маленькая, сорокапятилетняя, черноглазая «тетя Рая», плававшая на пароходе коком, вбежала в кубрик к кочегарам, спряталась за деревянный шкаф, где хранилась «роба»– рабочая одежда команды.

– Тетя Рая, ложись на пол! Дерево не защитит тебя!

– У вас на полу грязно! – ответила тетя Рая, не соображая, что говорит, и поглубже втиснулась за шкаф.

На койке крепким сном спал кочегар Абросимов Его тщетно пытались разбудить.

– Бросьте его будить! – сказал кто-то. – Пусть умирает сонным!

Самолеты продолжали гоняться за беззащитным пароходом, кидая в него одну за другой бомбы. Пароход убегал от них, виляя, описывая круги, давая то «полный вперед», то «полный назад». Одна бомба упала так близко, что машина от сотрясения застопорилась. Это спасло пароход: следующая бомба упала в семи-восьми метрах от носа. Она неминуемо угодила бы в пароход, если б машина его не застопорилась. Осколки стекол, столы, табуреты, посуда прыгали и перекатывались от воздушных волн. Тяжелые железные крышки машинного фонаря, которые с трудом могут поднять два человека, легко открывало, поднимало и с грохотом опять захлопывало. От этого грохота механик Терентьев потерял соображение: ему показалось, что пароход накренился и погружается в водную пучину, что все убиты и только он остался в живых. Он полез по трапу наверх, высунул голову на палубу, закричал:

– Эй, кто там остался в живых? Или все померли? Неугомонный кочегар Павлов подбежал к нему:

– Терентьич, давай самый полный! Опять пикируют!

Когда бомбежка на несколько минут прекратилась, капитан Бабошин облегченно вздохнул. Настроение его сразу переменилось. Ему захотелось пошутить.

– Ногай! – крикнул он. – Сейчас опять будут бомбить!

Ногай лег ничком. И тут, рядом с пароходом, оправа и слева одновременно раздались два взрыва. Пароход подпрыгнул. Правее носа взорвалась третья бомба…

А пароход «Никулясы» все продолжал стрелять. Оставив в покое юркий пароходик «No 8», шестерка самолетов, бомбивших его, соединилась с шестеркой других, чтобы доконать озерный пароход «Никулясы»…

В этот момент подоспели наши самолеты. Начался воздушный бой. Бомбежка кончилась. Команда вышла на палубу парохода «No 8». Ногай осторожно высунул голову из рубки: что творится вокруг? Желтое лицо помощника капитана было черным, сверкали лишь глаза да зубы. Это угольная пыль, поднятая воздушными волнами из бункеров в кочегарке, залепила его лицо, когда он лежал в рубке.

Команда, глядя на лицо Ногая, начала смеяться. Смех перешел в хохот – в слезы, граничащие с истерикой. Это была нервная реакция на только что пережитое. Это был хохот отчаяния невооруженных людей, у которых не было ничего, чем в трагический момент они могли бы отстаивать свою жизнь.

Разбомбленная деревянная пустая баржа погрузилась

в воду до палубы. Пароход

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.