Летняя ночь для двух одиноких сердец стр. 25
Алексей.
Если ты читаешь это письмо, значит, дедушка доверился тебе. Проникся. И убедился, что ты по-настоящему любишь меня (он подумал, что я совершенно точно с ума сошла). По крайней мере, таков у нас был договор.
Еще раз извини, что ушла и заставила страдать. Я не хотела, а хотела, если бы была моя воля, остаться с тобой. Это правда. В этот раз я не вру.
И в этот раз будет только правда. Ни капли вымысла и лжи.
Настоящее имя… Вероника. Я ненавижу это имя. Поэтому для родных и знакомых я либо Вика, либо Виктория.
Не было ни травмы спины, ни приемных родителей, ни проблем в общении со сверстниками до семнадцати лет, ни снов, в которых я спасала людей.
Как ты понял, я из богатой и интеллигентной семьи, в которой главенствовали любовь и уважение, привитые старшим поколением.
Училась хорошо, но без усердия. Любила плавать, получала ворох золотых медалей и уважение в школе. Каждую субботу ходила в кружок юного писателя. В каникулы путешествовала по миру с многочисленными подружками.
Но сейчас я – сирота.
Родители, Мария и Владимир, младший брат Станислав и всеми любимая, самая добрая женщина на свете бабушка Жульен разбились, когда летели из Парижа в Москву.
Билеты были куплены на всю семью. Но незадача – перед самым отъездом я заболела пневмонией, дед остался со мной, а они улетели.
Навсегда.Все еще не оправилась. Жжет в груди, ноет рана. Не могу отпустить их. Как и дедушка, который, хоть заверяет меня, что надо жить дальше, сам остался в прошлом.
Пять лет – в прошлом. Как во сне.
Институт не закончила. Отказалась от денег (почти отказалась). Отказалась от прежней гламурной и веселой жизни. Вычеркнула друзей из жизни (странно, но когда случилась беда, друзья перешли в разряд знакомых).
Стала работать волонтером – помогать тем, кому еще можно помочь. Моталась по разным континентам. Искала в чужих глазах – ответы. Истину. Путь. Убегала от боли. От любви. От всего.
Даже на Новый год не приехала к одному-единственному родному человеку.
Плохо спала по ночам.
Писала сказки, чтобы хоть как-то скрасить одиночество, которое особенно давит, когда наступают сумерки.
Худела на глазах. Думала, от нехватки сна и еды.
А потом я упала обморок. Второй раз. В третий.
Вернулась домой. Прошла обследования – и…
… не хочу писать о своей болезни, которая прогрессирует. Только не сейчас и не в этом письме. Места все меньше на пожелтевшем листочке, а так хочется поговорить о тебе, о нашей, не боюсь этого слова, волшебной встрече.
Честно, незабываемая ночь была.
Ночь, когда я снова стала счастлива (ты открыл мне глаза, чтобы я увидела тебя и то, что меня окружает… как ты это сделал, все еще не пойму). Раскрыла душу (и пускай тебе не смущает, что моя правда была завуалирована в сказку), влюбилась, почувствовала себя настоящей, живой – женщиной, которую хотят и желают. И помогла тебе (искренне верю, что ты найдешь силы двигаться дальше, потому что в тебе есть то самое, неуловимое и незримое – воля и природная сила, чтобы наполнить наш мир новыми красками).
Жаль, что пришлось ранить – уйти, не попрощавшись.
Так надо было. И я